|
— Нет. Просто из образованной, — поправила его Финн. — На самом деле эта яхта должна быть «Римлянам двенадцать — вторая», если уж быть точным, — сказал Адамсон и улыбнулся. — Первое судно с таким названием принадлежало моему деду, но оно было воздушным — «Боинг», на котором он частенько прилетал сюда, на Багамы, порыбачить с Джо Кеннеди и кардиналом Спеллманом. — Ваш дед? Это, должно быть, Шуйлер Гранд, ненормальный радиопроповедник? — спросил Хилтс. Финн подумала, что провоцировать таким образом человека, у которого под рукой пушка, не совсем разумно. — Это верно, мистер Хилтс. — Как-то не вяжется с образом того Шуйлера Гранда, о котором я знал, — ответил фотограф. — В том-то и суть, мистер Хилтс, вы его не знали. Его мало кто знал. Он был очень сложным человеком. — Он был помешанным, — заявил Хилтс. — Конечно, был, — улыбнулся Адамсон. — Он был чокнутым, упертым, как баран, но в его патриотизме никакого сумасшествия не было. Он верил, что Америка — величайшая страна в мире, созданная Божьим измышлением, чтобы повести за собой всю планету от безбожного коммунизма к свету истинной демократии. — Я бы сказал, эта песня малость устарела, — хмыкнул Хилтс. — Все политики, тянувшие волынку насчет «особого предназначения» своих стран, начиная от Сталина и до Ричарда Никсона включительно, мертвы и забыты. — Имена изменились, но враги — нет, — ответил Адамсон. — Америка снова шатается, и для ее спасения нужен сильный патриотический лидер. Человек Божий. Человек для Бога. — И я, наверное, должен поверить, что этот человек — вы, — усмехнулся Хилтс. — Мистер Хилтс, мисс Райан, вы знаете, что такое культура-убийца? — спросил Адамсон, не отреагировав на выпад. — Чингисхан, Аттила, царь гуннов. Мировоззрение варваров, разрушающее цивилизацию. — Усама бен Ладен, — добавил Хилтс. — Большинство людей считает саму идею культуры-убийцы варварством, а варварами числит при этом тех, кто не видит света истины. Однако дело обстоит иначе. Культуры-убийцы существуют в недрах цивилизации, однако мы слишком ограниченны и тщеславны, чтобы это понять. Взять хотя бы христианство и ислам. Сосуществование между ними невозможно. Обе эти культуры — убийцы, им присуще стремление искоренять иной образ жизни. Гитлер осознавал это, но его видение было слишком близоруким. Если бы он пошел войной только на своего истинного врага — коммунизм, то завоевал бы полмира и умер в почете и славе, в глубокой старости. Пророк призывал убивать неверных, а христианское учение предписывает «сокрушить антихриста». Компромисс тут невозможен. Это крестовый поход. В конечном счете верх должен взять один образ мышления, и если мы откажемся признать эту данность, то потерпим поражение. Смотрите, мы уже не можем похвалиться самым высоким уровнем жизни: рабочие таких разных стран, как Канада и Бруней, получают более высокую зарплату. Корея, судя по статистике, обогнала нас по продолжительности жизни, Куба — по уровню грамотности. Слово «прогресс» стало бранным, из пуритан, заложивших когда-то основы нашей нации, мы превратились в стадо, вечно ищущее козла отпущения, религию нам заменили реалити-шоу. Я намерен положить этому конец, и Евангелие от Люцифера поможет мне в этом. — Вы чокнутый, как и ваш дед, — буркнул Хилтс. — Случайно не догадываетесь, почему вы кажетесь мне чокнутыми? — сердито спросила Финн. — Надвигается ураган, а вы двое толкуете о политике. |
