|
Миллс одарил их еще одной приятной, меланхоличной улыбкой. — Больно уж много сложностей, — пробормотал Хилтс. — А вам, молодой человек, случалось потолковать с кем-нибудь из юридического отдела издательства? Или с кем-нибудь из штата Опры Уинфри? Писателям, журналистам, телеведущим — всем нам приходится прикрывать свои задницы. Он рассмеялся, но в смехе слышалась нотка горечи. — Я уже давно не выпускаю новых книг, но с моим агентом мне приходится разговаривать как минимум два раза в неделю, и моему юристу почти так же часто. Кто-то все время пытается вчинить мне иск. Последний раз это был безграмотный лунатик с рыбного рынка Фултон, вообразивший, будто один из моих непривлекательных персонажей списан с него. — И как вы выпутались? — Мой юрист сказал его юристу, что мы признаем иск, если его клиент публично признается, что действительно совершил все те преступления, которые приписаны моему герою, и согласится вместе с компенсацией получить двадцать лет отсидки. — И что, по-вашему, действительно случилось с Питером Деверо? — спросила Финн, чувствуя, что разговор уходит в сторону. — Как по-вашему, имелась реальная связь между ним и тем малым, Керзнером? Миллс сделал еще один глоток холодного чая и откинулся назад на полотняную спинку. — Наверняка можно сказать одно: оба они имели туманное прошлое, и среди спасенных от урагана и доставленных на военно-морскую базу Ки-Уэст ни того ни другого не было. — Он указал на лежавшую на столе папку. — Здесь имеется полный список. — А как насчет этого епископа Принципа — есть он в списке? — Да. Он был одним из тех, кто погиб во время пожара. — Как вы думаете, что же с ними стало? — спросила Финн. Старый писатель деликатно, словно опасаясь лишиться последних нескольких прядей волос, почесал голову и вздохнул. — Понимаете, дорогая, до того как вы с вашим другом-летчиком заявились сюда и своим невероятным рассказом внесли в мой сюжет полнейшую неразбериху, я бы сказал, что они просто погибли во время взрыва или последующего пожара, однако теперь у меня такой уверенности нет. — Кто-то должен был провести счет по головам, — сказал Хилтс. — Собственно говоря, это стандартная мера безопасности. — Было такое, — ответил Миллс. — У меня в свое время состоялся долгий телефонный разговор с Франческо Кревикасом, капитаном «Звезды Акосты». Он сам произвел проверку. Группа из членов команды проверила каждую каюту, каждую палубу. Всех пересчитали. А после того как пассажиры были усажены в шлюпки, он со своими людьми задержался на корабле более чем на час. По его словам, когда они покидали корабль, палубные плиты раскалились до вишневого цвета, а от бортов отслаивалась краска. Выжить в этом аду не мог никто. — Где это было? — В двадцати милях и слегка на восток от Скрученного рифа — это оконечность острова Андрос. По мнению капитана, пожар начался как раз тогда, когда они покидали Язык Океана. — Ну, а я что вам говорил? — подал голос Такер Ноэ, до сего момента хранивший молчание. — Если даже вы не вынесете отсюда больше никаких впечатлений, то, по крайней мере, будете знать, что мистер Такер Ноэ всегда прав, — улыбнулся Миллс. — Правда, мистер Ноэ? — Всегда, масса Миллс, — ответил старик с нарочитым багамским выговором. — Я ведь всегда говорил — на мелководье он утоп, на мелководье. Миллс поболтал кубики льда в пустом бокале. |
