В её руках поблёскивало что-то вроде белёсой кожи, но она была полупрозрачной и слегка мерцала.

— Ещё бы, рядом было столько кристаллов! — воскликнул Карыч, приземляясь на один из источников энергии. Точнее он уже не был источником, как и все остальные.

— Истощили и ушли, — вздохнул я, приседая на корточки перед сотнями наростов, выглядывающих из земли. Они уже не сияли и больше смахивали на полупрозрачные наросты, сделанные из стекла.

— Я бы не так сказала, — процедила Виктория. — Почувствовали нас, впитали в себя всё, что здесь было, и свалили куда подальше.

— А что у тебя в руках? — поднялся я, указывая на кожу, которую всё ещё держала Небула.

— Да, расскажи, а то Лёха не в курсе, — прочирикал Карыч, приземляясь на моё плечо.

— Тебе надо, ты и рассказывай, — выдавила Виктория-Небула, скорчив красивое лицо в злобную гримасу.

— Вот ты трудная, я не могу, — хихикнул Карыч. — Это, Лёха, кокон метаморфов, в котором они существуют до ближайшей трансформации. Вот они перешли ступень и сбросили его.

— Это ведь кожа, — хмыкнул я.

— Да, но это тоже объяснимо, — продолжил Карыч, пока мы осматривали помещения. — Ментальный кокон после сбрасывания как раз материализуется, то есть таким образом он отмирает, превращаясь в нечто материальное. Сейчас это кожа, потом, возможно, будет желеобразная масса или слизь.

— Хватит уже трещать, болтун, — зыркнула Виктория на пернатого, зависшего в воздухе. — Уходим.

Я перешагнул через тело очередного охранника, понимая, что след останется. И Карыч прочёл мои мысли.

«Не переживай, я замету следы, — успокоил он. — Никто не узнает, что мы были здесь».

Только мы вышли, как я заметил ещё несколько автомобилей. Теперь они ехали в сторону места силы.

Карыч уже успел смотаться на разведку и вновь материализовался в воздухе.

— Люди в камуфляже! Четыре машины! А ещё у них полно боевых артефактов! — воскликнул он. — Меня чуть не засекли.

Пришлось делать крюк. Небула, шипя от боли, прокладывала путь, принимая на себя колючки и удары упругими ветвями. Я же чуть ли не бежал следом.

Карыч уже успел замести следы и вернулся к нам.

Мы вышли к одной из грунтовок, заметив свет, бьющий из фар жёлтого седана.

— Ф-фух, добрались, — выдохнула Виктория, добираясь до такси, которое уже развернулось в сторону асфальтированной дороги.

Мы влезли на заднее пассажирское кресло, и таксист довольно улыбнулся.

— Сразу предупреждаю: с вас тридцать рублей, молодые люди, — произнёс он. — За простой транспорта.

— Хорошо, — кивнул я.

— Я просто напоминаю, — подметил таксист, почёсывая щетинистую щёку. — А то бывало такое, что…

— Поехали уже, — буркнула Виктория, сверкнув в его сторону злобным взглядом.

Таксист покачал головой и завёл такси. Мы медленно тронулись и направились к развилке. Я бросил взгляд в боковое окно. Автомобили с гвардейцами — а кто бы это ещё мог быть? — заезжали на территорию места силы.

Всё же вовремя мы смылись, конечно. Пока осмотрятся, пока начнут поиски виновных в налёте на обитель, мы уже будем въезжать в Москву.

— У тебя на лице грязь, — обратился я к Виктории, которая достала влажные салфетки из сумочки и пыталась оттереть пятно на рукаве светлого платья. — На правой щеке.

— Блин, вот как же я так измазалась? — прошептала блондинка.