— Андрей, передай, что я вернусь… через пару часов, не раньше, — сообщила ему Софья.

Мы вышли из «Нивы». Стоянка вокруг парка была забита автомобилями. Как ещё Пуля нашёл место для парковки, просто удивительно. Джипы охраны притулились на обочине, на другой стороне проезжей части, как раз под знаком «Стоянка запрещена».

К ним подошёл полицейский, и один из них отвёл его в сторону, отстёгивая пару купюр.

Из парка пахло свежестью, оттуда доносился шум листвы, а тротуарная плитка приглашала в гости.

Но тот самый Андрей не дал нам пройти в парк. Он окинул меня напряжённым взглядом, передал княжне смартфон.

— Софья Ивановна, возьмите, — сообщил он. — С вами хочет поговорить ваш отец.

Софья вздохнула, приняла телефон и прислонила его к уху.

— Да, что случилось? Я на прогулке, — бросила она в динамик.

— Живо домой, Софья, — услышал я звенящий голос отца. — Ты же знаешь, к нам приезжают Шевцовы и Соколовские. Мы же договаривались!

Софья убрала смартфон от уха, демонстративно закатила глаза и выдула воздух.

— Опять эти женишки. Как же эти улыбчивые рожи задолбали меня, — прошипела она.

— Раз ты обещала, поехали, я отвезу. Не нужно ссориться с отцом, — мягко проговорил я. — Два часа — и ты свободна. Потом снова могу заехать, и продолжим прогулку.

— Боюсь, что эти визиты до позднего вечера, — печально произнесла Софья. — Ладно, потерплю этих маменькиных сыночков.

Мы сели в «Ниву», и Софья весело взглянула на меня.

— Как до отца не может дойти главное? Я уже выбрала, — улыбнулась она.

Княжна вновь прижалась ко мне, теснее обычного, затем мы поцеловались и не отрывались друг от друга вплоть до того как я услышал тактичный кашель со стороны водительского сиденья.

— Приехали, — произнёс здоровяк и махнул направо. — Вон, уже орлы нервничают.

— Всё, пока, мне пора, — Софья чмокнула меня в щёку и выскользнула из салона.

Я проводил взглядом Софью. Она была восхитительна, умна, с ней весело проводить время. Кажется, что я тоже уже выбрал, причём даже раньше, чем она меня.

Всю дорогу Пуля молчал, понимая, что лучше меня не тревожить. Врубил свою шарманку, из которой доносился чей-то заунывный голос под гитару и ударники.

Я вспомнил о разговоре с князем Трубецким. Ещё раз оценил риски. Он точно не полезет, а если и попытается мне вставить палки в колёса, сделает это через третьих лиц.

Анаболик точно не подвяжется. Зачем ему это? Мы между собой всё решили. Мамонт? Он может. Тем более в память о том, что я работал когда-то на Креста. Но всё же это мелочи. Они знают о моих способностях столько же, сколько первоклассник знает о геополитической ситуации в мире.

Так что один раз отхватят, второй, а в третий раз уже не полезут.

Успокоившись этими мыслями, я уставился в окно. За ним проносился вечерний город. Люди спешили скоротать свободный воскресный вечер в кругу близких и друзей.

Я завидовал им. Здесь близких друзей у меня не было. Рома с Мишей и Зинаида не в счёт. Их знал прошлый Алексей. Для меня же они просто знакомые.

Единственный человек, который стал для меня очень близок — это Софья Державина. Настя с Пулей вроде только приближались к статусу «друзья», да и Захарыч заметно потеплел ко мне.

Но всё же старику я не доверял так, как, например, тому же Пуле. Настюха был болтушкой, вкусно готовила, и ей я также не мог рассказать лишнего.

Так что Софья — вот кто меня поймёт, и ни слова никому не скажет. Мы близки настолько, что я могу доверить ей свои тайны.