— Бам-м-м! — раздался ещё один выстрел, попадая вновь в грудную клетку Матвея и роняя его на землю.

— Что за херня⁈ — зарычал Пуля, подбегая ко мне. — Матвей хотел замочить тебя⁈

В этот момент из окна сторожки вылетел тёмный сгусток энергии, молниеносно сформировываясь во что-то наподобие стрелы. За секунду он преодолел более десяти метров и ударил в меня. Воздух передо мной заблестел, принимая удар. Полупрозрачный щит колыхнулся, стрела разделилась на множество тёмных игл, подавляющее большинство которых сгорело в защитном барьере, так и не добравшись до цели. Лишь две из них пробились, но тут же отрикошетили в сторону.

Вот он, мой ментальный щит. Я и не знал, что это настолько крутая штука. И отражатель сработал как нельзя кстати.

«Лёха, блин! Тут некр распоясался! Я только пробился через заслон!» — заверещал Карыч.

Да понятно уже. Кто бы ещё в меня швырнул стрелой, да ещё и тёмной?

«Мочи», — отдал я приказ. Коротко и понятно.

— КА-А-АР-Р-Р! — загремело в воздухе.

В небе появился сияющий шар, спикировавший на крышу сторожевого дома. От удара кровля пошла волнами, в разные стороны разлетелась черепица.

Изнутри раздался жуткий вопль, а затем наступила долгожданная тишина. Ворона с торжествующим карканьем вылетела из дыры в крыше, скрываясь за деревьями.

«Можем выдыхать. Твоей охраной управлял некромант. Шустриха его ликвидировала одним ударом», — сообщил мне Карыч.

— Не, ты видел⁈ Ворона! Та самая! Откуда она взялась? — удивлённо пробасил Пуля, всматриваясь куда-то вдаль, затем помог мне встать.

— Я её вызвал, — вздохнул я.

— Ты-ы-ы? А к-как? — уставился на меня здоровяк.

— Расскажу, но потом, — произнёс я, отряхивая штаны и рубаху.

— Лёха, у тебя кровь и шишка, — показал на свой лоб Пуля. — Вот тут.

— На себе не показывай, — буркнул я в ответ. — Знаю.

Да, я пропустил приличный удар. И откуда столько дури у Никиты? Хотя да, это ж был не он, им управлял некромант. Мне просто повезло, что охранник не носил печатку, иначе лежал бы Алексей Логинов с проломленным черепом и прощался с этим миром.

«Феникс» неактивен, так что при всём желании я не смог бы себя восстановить. А «Регенеративные лучи» требовали слишком много энергии и ещё больше концентрации. Но о какой концентрации речь, когда голова гудит словно колокол?

— Всё нормально, подлечусь позже, — успокоил я Пулю, понимая, что это будет не сейчас. Надо прийти в себя, успокоить пульс. Сейчас же сердце колотилось в груди как отбойный молоток, а от избытка адреналина туманился рассудок.

— Надо помочь Матвею, — бросил я в сторону засипевшего начальника охраны.

— Надо ли? — опасно заблестел глазами Пуля.

— Да, ты ведь его чуть не пристрелил.

Матвей валялся на земле и уже сорвал с себя рубаху, под которой я увидел искорёженный бронежилет. Он спас его.

— Ох-х-х, — услышал я голос начальника охраны. — Тяжело… задыхаюсь…

Я отправил заряд анестетика в Матвея, затем рванул в его сторону.

— Лёха! — зарычал Пуля, но я не остановился.

— Только шевельнись, ублюдок! — подскочил он к Матвею, наводя на его лицо пушку. — Только попробуй. И я те мозги вышибу, мать твою!

— Оставь его, Олег, — выдавил я, чувствуя, что боль в районе виска вернулась. Пришлось ещё раз себя обезболить.

— Этот фраерок хотел тебя прикончить.