Изменить размер шрифта - +

— Как бы не пожалеть потом… — Пробормотала Оля. Одно она знала, точно — Велес будет в полном восторге. Соседство этих «милых молодых людей», ночной кошмар для большинства двуногих, Велеса приведёт в состояние щенячьего восторга.

Однако теперь она не думала о том, что бы отправиться на поиски своего возлюбленного. Соседство с Тёмными вынесло из головы все сторонние мысли. Весь день и всю ночь сверху доносились странные звуки. Гул, вой, треск, какие-то крики — казалось, Адские Врата вовсе не исчезли, а переехали вместе с Тёмными и уже открылись, прямо над их головами. Если бы речь шла о нормальных людях, о сталкерах, да даже о монолитовцах, Оля забеспокоилась бы — этот шум ведь как маяк для любой нечисти, что сейчас мучается от голода на бесплодных просторах Зоны. Но речь шла о самой жуткой нечисти, какая только была в этих местах, так что беспокойства почти не было. А вот уснуть не получалось до глубокой ночи. Мало всех этих странных звуков, так к полуночи, наверху всё взорвалось дикими криками и истошным воем ужаса, явно вышедшего не из человеческой глотки. Иногда там стреляли, но чаще жутко орали и выли. В конце концов, Оля накрылась простынёй и, выскользнув в главную комнату, попыталась закрыть дверь тамбура. Тяжеленный кусок металла поддавался плохо и жутко скрипел. От усилий, простыня слетела, она даже не заметила. Тихо скрипнула дверь и в комнату высунулась широкая лицевая часть Семёна. Он мгновенно густо покраснел, но спрятаться не успел: девушка его заметила.

— Уф, — выдохнула она, отпуская дверь. Ловко подхватив простыню с пола, сказала парню. — Куда блять?! А ну назад! — Семён послушно вышел, смущённо ёжась — у Оли дыхание перехватило. Парень вышел в одних штанах. В общем, её голос заметно потеплел с таких картин приятных сердцу и глазу, а его утренняя оплошность сейчас почти стёрлась из памяти. Девушка указала пальцем на дверь. — Закрой её, ты поздоровее.

Семён, шлёпая босыми ногами по полу, послушно подошёл к двери и закрыл её одной рукой, почти без усилий. Что-то заскрипело, механизм жалобно затрещал и с угла брызнул сноп искр.

— Бля. — Похвалила Оля парня. Хмуро глянула на щиток кодового замка, сдула с него пыль. Там лампочка едва заметно горела, на её глазах она и потухла окончательно. — Она ещё подключена была к проводке, а я думала Велес её тогда наглухо раздербанил.

— Теперь наглухо. — Не вовремя заметил Семён, указав пальцем на искорки, весело падавшие на пол. Оля наградила его хмурым взглядом, и Семён поспешно убежал в свою комнату.

С минуту она стояла перед этой дверью, когда-то закрывавшейся на электронный запор из трёх стальных штырей. Если память ей не изменяла, в обшивку добавлялись какие-то элементы предположительно способные защитить обитателей от излучений Выброса. Жаль, что теперь она не закрывается. Ну, хоть шум сверху приглушило и то хорошо. Ещё бы люк как-то изолировать от звука, впрочем, не стоит. Они намеренно оставляли всё так — звук сообщал Велесу куда больше чем ей или другому сталкеру. Он мог, прислушавшись в их комнате, сказать, что происходит снаружи. Если изолировать люк, даже его слух бессилен, впрочем, нужно ли это теперь? Когда наверху стадо Тёмных, тут даже химера трижды подумает, прежде чем близко подойти.

Спустя полчаса, Оля уже спала и не сказать что сладко. Снилась всякая муть, а под утро она проснулась оттого, что сверху перестали доноситься истошные вопли. Снова уснуть удалось не сразу. Вот ведь человеческое ухо! Не можешь уснуть из-за шума, а как привыкнешь, он исчезнет, и блин теперь не можешь уснуть, потому что вокруг невероятно тихо. Закон подлости в действии.

Утро не стало добрым, хорошим и так далее — Оля проснулась голодная, злая, голова болела, глаза красные. Минут пять искала зеркальце, купленное у Лизы.

Быстрый переход