— Охохой… — Печально заметил Изя, грустно покосившись на ноги Велеса. С каждым новым всхрапом они слегка подрагивали. Псы тоже сейчас туда косились, недоверчиво обнюхивая штанины сталкера.

— Ага, — уныло согласился с Изей, Лом, — с боссом хер соскучишься…

До темноты осталось сорок семь минут, плюс минус минута.

С такой мыслью Велес проснулся. Ноги, всё ещё торчали, не желая сгибаться, но острота чувств быстро притуплялась. Уже через пару минут он понятия не имел, сколько ещё будет светло. Ноги отпустило и с глухим скрипом носы ботинок врезались в снег.

— Умер? — Сказал наверху невоспитанный излом.

— Ничего подобного! — Тут же отозвался Велес, вытаскивая себя из снега. Тело вновь повиновалось нормально, не реагируя гиперактивно на простейшие импульсы мозга. — И, кроме того, прекрасно себя чувствую и в ближайшие сто лет помирать не собираюсь. Вот так-то!

Лом хотел, было что-то сказать, наверное, ободряющее, но заливистый возмущённый лай чёрных собак с очень красными глазами, не позволил ему и рта открыть. Велес тоже попытался хоть слово вставить — куда там! И Кут и Рут не успокоились, пока не высказали ему всё, что о нём думают. По своему конечно, по собачьи. Только вот в конце, видимо, не удовлетворившись лаем, оба ринулись к друзьям Велеса и, взобравшись им на колени, каждый лизнул в лицо своего нового друга. После чего, повернули морды к нему. Лом с Изей, немножко побелевшие и совсем обалдевшие, не шевелились. Так, на всякий случай. Изя решил даже дышать пореже, потому что к нему на колени забрался Рут, а у парня характер сложный был, кто его знает, что он в следующий момент выкинет. Возьмёт расстроится, голову откусит, бывает с ним…

— Собаки! — Бросил им Велес. Псы тут же вскинулись. Подпрыгнули, крепко встав на лапы и забрав хвосты трубой. Зарычали вот, совсем не обращая внимания, что стоят они на ногах живых существ, которым больно чувствовать, как когти врезаются в штанины. Кроме того, оба не шибко любили, когда им в лица совали хвосты, пусть даже такие красивые и пушистые как у Кута с Рутом.

— Босс, тьфу, убери их! — Первым не выдержал Лом. Кут немедленно повернулся к парню. Несколько секунд смотрел ему в глаза. Лом сглотнул нервно. Пёс взрыкнул презрительно и спрыгнул с его ног, при этом сильно надавив на когти. Если бы не ткани сделанные по спец заказу, из материалов, которые в свободной продаже не встречаются, получил бы Лом ещё и по четыре глубоких царапины, в довесок к поломанным рёбрам.

— Я этих невоспитанных собак знать не знаю. — Буркнул Велес, глядя в сторону сияющих аномалий.

Тут и Рут не удержался. Прыгнул прямо с Изиных коленок (парень взвыл от боли, но его раны затянулись ещё до того как он успел как следует их прочувствовать). Кут присоединился к брату и Велеса они таки окунули в снег. Впрочем, очень быстро это нападение переросло в игру. Потом все трое скатились к подножию холма, заляпанные снегом так, что глаза им закрыть и всё — нету никого, снег один, да три сугроба. Мир наступил быстро и легко, через грубую игру, способную в две секунды переломать все кости и природоохранные мировоззрения. Дело в том, что природа, она конечно мать, но твою-то мать: как сильно иначе её видишь, когда посреди леса к тебе, оскалив клыки, медленно подбираются три трогательно пушистых и жутко голодных волчары по сорок кг весом каждый! Сразу чувствуешь, какая это на самом деле злобная мать, не терпящая ни капли слабости в своих детях.

Велес решил идти по следам Оли и бандитов. Но оставить Лома и Изю одних, он не мог. Лом ранен (как бы вообще не помер), Изя излом, который к тому же к Лому особой привязанности не питает.