— Надо щит снять, тогда достать будет проще.

Таха захныкала, решив, что я окончательно её предал. Сердце сжалось от боли. Потерпи, малышка, скоро все закончится.

Главарь кивнул, и сделал несколько шагов в нашу сторону, приказал стоявшему рядом бандиту контролировать ситуацию. Тот сразу стал серьезным, заводил дулом автомата из стороны в сторону.

Я аккуратно снял щит, поставил рядом с собой лицевой стороной к главарю. Повернул чуть боком, чтобы положение казалось случайным и не вызвало подозрений. Пока рука касалась рукояти щита, я как мантру повторил то, что делал для вызова навыка «Душа машины» — начало отката не заставило себя ждать.

Когда вытаскивал щит, заметил, что медоед, лежащий в кузове на боку, смотрит на меня карим глазом. Он так и не двинулся, лишь наблюдал за тем, что я делаю. И будь я проклят, если в этом взгляде не скользило какое-то понимание. Нет, не разум. Но, похоже, Система его слегка прокачала.

Таха дрожала, отбивалась как могла от попыток бандита вытащить её из кузова и даже не замечала, что её ньегере пришел в сознание. Я задержал взгляд на медоеде, мысленно попросив его не двигаться. Сомневаюсь, что он что-то понял. Я сделал это скорее для себя.

— Вот так… — главарь шагнул вперед, наблюдая за моими действиями, чуть расслабился. Его автомат опустился на пару сантиметров.

И в этот миг все перевернулось.

Я схватил Таху поперек талии и резко рванул на себя. Буквально перебросил её через борт, под прикрытие щита. Другой рукой схватил валяющегося в кузове стального ежа. Одновременно с этим выкрикнул, вкладывая в крик всю свою способность убеждения: «ТАХА, ВНИЗ!»

Я не видел, как она присела, но почувствовал, что девочка выполнила приказ.

По щиту застучали первые пули. Я видел, что ближайший бандит тоже поднимает автомат, готовый всадить в меня очередь почти в упор. Я бросился к щиту, падая на колено, прикрывая собой Таху. Громыхнула вторая очередь — главарь очухался, но с опозданием. Щит держал.

— Атакуй! — заорал я, не зная, поймет ли меня медоед, надеясь лишь на его ярость и на странную связь с девочкой.

На случай, если зверь проигнорирует приказ, я замахнулся ежом. Метнуть его точно в морду бандита с расстояния в два метра не составит труда, а последствия будут серьёзными. По крайней мере, точно выстрелить он не сможет. Если вообще будет после этого видеть.

Но медоед не подвёл. Из кузова точно серая молния сверкнула — с тихим свирепым рыком, вырвался окровавленный комок ярости. Медоед метнулся на стоявшего совсем рядом бандита. Тот, ошарашенный внезапной атакой, вскрикнул и отпрянул. Но медоед его достал. Вот тогда крик превратился в рев — громкий, но короткий. Через секунду прервавшийся, перешедший в неразборчивое бульканье. Медоед разорвал лицо бандита когтистыми лапами и зубами. Порвал горло и трахею в кровавые ошметки, в тонкую лапшу.

Пули перестали колотить по щиту, но выстрелы продолжались. Я видел, как из тела, уже падающего после смертельной атаки бандита, вырываются кровяные фонтанчики. Самого медоеда там уже не было. Он зигзагами бежал к самому дальнему бандиту. Не к главарю. Умный, умный, баджара!

Это был мой шанс.

— Держись за ремень! — гаркнул я Тахе, и мгновенно почувствовал, как в меня вцепились тонкие пальчики.

Главарь вновь принялся палить по нам. Но я четко рассчитал траекторию.

«Рывок».

Не вставая из полуприседа, я рванул вперед, со щитом. Медленней, чем обычно, чтобы Таха смогла удержаться, чтобы успеть протянуть руку и сорвать нагинату с креплений на руле. Но достаточно быстро, для обычного человека. Таха всё же завалилась, и пару метров я волок ее за собой по бетону, но она не отцепилась.

Расстояние исчезло. Щит врезался в главаря, что локомотив. Ствол автомата звякнул о металл, выпал из рук стрелка, упал в пыль совсем рядом, затем послышался хрип, и из прорезей в щите потекла алая кровь.