— Наверное, тебя сбило с толку предыдущее название — « Ноtеl Маоlеnа ».

— При чем здесь отель? — начала кипятиться Инга.

— Тебя подвела привычка читать надписи латинскими буквами. Разуй глаза! Тут по-русски написано: «Нотариус». — И Таисия загоготала уже в полный голос. — Ты первую половину слова прочитала так, будто бы это иностранная надпись, а вторую, когда добралась до буквы «и», — уже по-русски. Вот у тебя и получилось черт знает что! «Хотапиус»! Ой, не могу…

Инге стало стыдно.

— Я бы тоже с удовольствием посмеялась над собой, — ехидно заметила она, — но время не терпит. Нужно зайти внутрь и посмотреть, что там такое.

— Ну пойдем.

— Так страшно!

— Мне не страшно, я специально поднялась в половине седьмого утра, чтобы отыскать это подозрительное место. И войду туда во что бы то ни стало.

Она смело отворила дверь и перешагнула порог. Коридор был точно таким, каким помнила его Инга, только вместо уродливой лампы на шнуре под потолком висел аккуратный светильничек. На той самой двери, за которой она обнаружила Гладышевского, возлежавшего в гробу, висела табличка: «Нотариальная контора».

Таисия постучала в дверь костяшками пальцев.

— Войдите! — разрешили ей.

Она повернула ручку и вошла. Инга последовала за ней. Комната была хорошо обставлена и даже, можно сказать, нарядна. На окнах — жалюзи, на подоконниках — цветочки. Стол совсем другой, не тот, на котором стоял гроб с Гладышевским. Тот был высокий и светлый, а этот — под красное дерево, изящный, украшенный завитушками. За столом сидел представительный лысый мужчина и что-то сосредоточенно писал.

— Скажите, а вы давно сюда переехали? — спросила Таисия. И с ходу соврала:

— В этом месте раньше был салон красоты, тут работал отличный мастер — Петя Шаповалов, не слышали?

— Нет, — ответил лысый. — Не слышал. Кроме того, мы здесь уже пять лет.

— Несколько дней назад вас тут не было! — запальчиво сказала Инга, не желавшая больше ни за какие коврижки соглашаться с тем, что она сошла с ума.

— Ну да, — удивленно посмотрел на нее нотариус. — Здесь шел ремонт, мы на некоторое время выехали и мебель вообще-то завезли только что.

— А когда завозили мебель, вы ничего странного не заметили? — вступила Таисия.

— Странного? — переспросил мужчина. Он был с ними терпелив, как нежная мать. — Чего — странного?

— Ну… Гроба там, — неуверенно сказала Инга. — Внутри он, знаете, такой атласный, белого цвета…

Отложив ручку в сторону, мужчина уставился на подруг поверх стопки с книгами.

— Какое отношение гроб имеет к салону красоты? — задал он весьма разумный вопрос.

— Никакого, — призналась Таисия. — Про салон мы наврали.

— А про гроб?

— Про гроб тоже, — сказала она, дернув Ингу за рукав пальто. — Извините.

— Что вы, что вы! — закричал нотариус, — Приходите еще. — И когда они вышли за дверь, добавил:

— Феминистки хреновы. Хлебом их не корми, дай подержать мужика в напряжении.

— У нас есть еще минут сорок, — заявила Таисия, когда они оказались на улице. — Пойдем выпьем по чашке кофе и во всем разберемся.

Впрочем, сказать было легче, чем сделать. Разобраться они ни в чем не смогли.