Хукер на секунду задумался, затем так же негромко ответил:

— Подтверждаю. Я буду там.

Авнер прибыл к шестнадцати часам и уселся перед своим собеседником в небольшом зарезервированном для него зале.

— Здесь намного спокойнее, чем в Генеральном штабе, да и мы меньше привлекаем внимания к себе. Вы не возражаете, если я закурю? — спросил он, зажигая сигарету.

— Что вы, — отозвался Хукер, — в данный момент надо как-то отвлечься.

— Генерал, мне нужна ваша помощь.

— Сожалею, Авнер, но я ничего не могу поделать. То, что я высказал сегодняшним утром на совещании, не допускает никаких отступлений...

— Знаю, но речь идёт не о том. Существует другая проблема.

— Другая проблема? Вы хотите сказать, помимо тех, которые у нас уже имеются?

— Да, но не такого значения, надеюсь... Вы, естественно, в курсе операции «Уоррен майнинг корпорейшн» в Митцпе-Рамоне, не так ли?

— Я в курсе. Но там, похоже, всё улажено... Наша команда убыла.

— Речь идёт не об этом, генерал. К сожалению, возникло осложнение. Лагерь «Уоррен майнинг корпорейшн» сегодня ночью подвергся разрушительной атаке, возможно, подготовительному налёту вражеских сил для создания вакуума на подходе к зоне большого стратегического значения или же карательному рейду: в иракском Генеральном штабе ещё много офицеров, преданных покойному президенту, которые, возможно, знали о команде, размещённой вами в этой местности для устранения Аль-Бакри.

— Но это было не наших рук дело.

— Для них нет никакой разницы, насколько я их знаю. Однако мы провели там разведку и не обнаружили никого в живых: эти ублюдки нанесли удар с редкостной точностью.

Тем не менее мои информаторы уверяют меня, что кто-то избежал этой бойни, некто, кто может оказаться для нас драгоценным свидетелем этого кровопролития, жертвами которого стало немало ваших сограждан. По моему предположению, если кто-то и спасся, то только потому, что ему позволили спастись. Я не знаю, точно ли я выразил свою мысль.

— Вы прекрасно её выразили, — понимающе кивнул головой Хукер. — Вы считаете, что спаслись те, кто стал предателем.

— Я не могу объяснить это никаким другим образом. Лагерь был полностью окружён, каждый квадратный метр прочёсан с автоматами в руках, потрясён мощными взрывами. Но какой-то вездеход уехал буквально за несколько минут до того, как разверзся этот ад, — вам это не кажется странным? Его нашли брошенным неподалёку от египетской границы в местности, именуемой Рас-Удаш, и вполне логично предположить, что на борту были люди из лагеря «Уоррен майнинг корпорейшн»; они направились в сторону Египта, где, возможно, их поджидали.

У нас также имеются радиоперехваты лагеря «Уоррен майнинг корпорейшн», и мы знаем, что кто-то там поддерживал контакты с исламскими фундаменталистами по ещё не до конца выясненным причинам.

В конторе управления была найдена картотека с анкетными данными обитателей лагеря, в том числе тех двух единственных лиц, чьи тела так и не смогли обнаружить. Они могут оказаться именно теми, кого мы ищем. Вот о чём я прошу вас: предупредить, если вы узнаете, где они находятся, или же если они обратятся к вам, поскольку являются американскими гражданами.

— Я сделаю то, что смогу, господин Авнер. И если мы найдём кого-нибудь, то вы первым узнаете об этом.

— Благодарю вас. Я знал, что вы окажете мне помощь.

Они распрощались, и Авнер просидел ещё некоторое время, докуривая свою сигарету и размышляя об этом секрете, похороненном посреди пустыни Паран, секрете, который, выплыви он на свет божий, разрушил бы душу его народа...

но, возможно, навсегда покончил бы с войнами типа той, которая вот-вот разразится.