Очень плохие новости, думал я, кивая на его слова. Смысл нашего тяжелейшего марша был в снятии осады. Теперь зачем идти вперед? Надо остановиться, привести полки в порядок, подкормить. В холода все равно кампанию никто не проводит. Сядем на зимние квартиры, передохнем. Заодно подтяну отставшие части, поставлю в строй местных ополченцев, потребую переброски с Севера дополнительных контингентов. Наладить связь с территорией Алабама, задействовав индейцев на южных коммуникациях испанцев. Создать «магазины» для снабжения, подтянув грузы ближе к будущему театру военных действий из Альбиона в северную Новую Галлию. Кстати, и местные пусть снабжают в первую очередь.

Это все надо хорошо обдумать, заодно устроив совещание штаба и дав высказаться каждому желающему. Уж Рюффен с Лобрано давно пытаются намекнуть на необходимость остановиться. Второго длительного марша по раскисшим дорогам под проливным дождем ни лошади, ни люди не выдержат. Обещал отдых? Ну что ж, встаем на зиму. Большое спасибо за своевременные известия и предупреждение.

Глава 2

Временный отдых среди домашних

Всего полтора лье от Акиндека, а будто в другой мир попал. На холме — язык не поворачивается назвать фермой — небольшая усадьба. Само жилое здание, конюшня, скотный двор с коровником, кухня, сыроварня с маслобойней, складские помещения, огород, колодец, пастбища и даже водяная мельница и запруда. По соседству несколько домов, где живут работники. Добрых два десятка специально отобранных человек из сервов. Чтобы были уже в возрасте, добросовестные и умелые. С расчетом на будущее. Если не слишком прижимать, большинство здесь и останется.

Изначально все это принадлежало фламандцу по фамилии Ван Дерк. Только, будучи неплохим юристом, он мало времени уделял собственности, отчего она пришла в не очень приятное состояние. Здешний управляющий, как это частенько водится, в первую очередь старался себя не обижать. Потому доходы были минимальны, несмотря на роскошные луга, относящиеся к ферме, и пятерых рабов. Старик помер, его дочь вышла замуж и отбыла куда-то на запад, а сын давно перебрался в город и пару лет назад спился до смерти. Поэтому ферму удалось выкупить без особых сложностей.

Конечно, все это пришлось приводить в порядок, ремонтировать, покупать коров, поскольку здесь имелась всего одна, и с десяток овец. Но Жанет, попав в знакомые условия и не особо ограниченная в деньгах, точнее, ее покупки просто погашались через мою юридическую контору, неожиданно проявила хватку и умело повела хозяйство. Похоже, ей именно этого все время и не хватало. У Глэна она была бесплатной служанкой, хотя считалась управляющей и могла распоряжаться остальными слугами. Но не супруга и не владела ничем помимо бытовой мелочи. А сейчас — ух. Сама трудилась как пчелка и остальными вертела. Причем без злобы и придирок, все на пользу дела. Но если человек старался уклониться от трудов, от такого моментально избавлялась. Своих работников отбирала сама, не спрашивая одобрения.

Тем страннее она выглядела, смущенно теребя фартук и не глядя мне в лицо, неизвестно с чего отчитываясь. Сколько корова дает молока, жирное ли, а также куда девается масло, сыр, творог и сметана — и так догадывался. Возят на тележке в Акиндек. Свежие продукты там охотно возьмут во многих домах. Спрос большой, и не такое уж глупое желание у нее было завести собственную ферму. Но мне-то это зачем?!

— Жанет, — говорю, не выдержав очередного перечисления количества проданной продукции и кучи цифр: потрачено, заплачено, отложено, причем все без подсматривания в бумаги, на память, — ты что, не поняла? Это твое.