— Да. Мне там нравится. А вы, господин? Все туда же, на Гиндза?

«Берет» медлил с ответом.

— Знаешь что? Поеду-ка я тоже в Синдзюку. Выпью вместе с тобой. Что скажешь, хорошо?

— Да, согласен. — На мгновение в его глазах блеснул огонек. И тут же погас.

Машина бежала по шоссе. Вечерело.

— Ну как у вас настроение, господин?

— Ты имеешь в виду скачки? — ответил «берет» вопросом на вопрос.

— Да. Получили сегодня барыш?

— Ничего не вышло. С утра все не везло.

— А в четвертом заезде на кого-нибудь поставили?

— В четвертом заезде… — «Берет» немного задумался. — Что же там было? Помнится, на тройку и пятерку.

— Тройка. Это значит, на Хинотэкаппу. К сожалению, она проиграла, — сказал он.

Услышав это, «берет» облегченно вздохнул.

— Это сильная лошадь, и она хороша в трудных состязаниях. Вот, скажем, в Накаяма шел дождь, там она и выиграла. Она резвая. А пятерка — это Минэхикари.

— Верно.

— Она пришла четвертой, отстав от Такаити на шесть корпусов. Такая вот большая разница. Вы видели ее раньше в Футю?

— Нет, я тогда не ходил.

— Она финишировала тогда почти ноздря в ноздрю с Хамакадзэ. Силы у нее есть, но, если устала, сразу слабеет. Ну а в пятом заезде на кого поставили?

«Берет» едва заметно состроил кислую физиономию.

— Вроде бы на двойку.

— На двойку?

— Нет, на шестерку.

— Значит, на Цукио. Темп у нее неплохой.

— Да, именно на шестерку. И на тройку, — уверенно сказал «берет».

— Тройка — это Хосимото. Ее прижали на третьем повороте, и она не смогла пройти его. Когда ее объезжали, она давала хороший темп, а на ипподроме удивительно плохо показала себя.

— Да, говорят, — поддакнул «берет». У него как-то не было уверенности, в чем же слаба эта лошадь.

— Господин тоже, видимо, хорошо разбирается в лошадях.

— Вообще-то да. Я ведь люблю это дело.

В его глазах проглянул некий холодок. На губах слегка заиграла какая-то странная усмешка. Тем временем машина подъезжала к центру района Синдзюку.

3

Войдя в закусочную, расположенную в квартале Кабукитё, он и парень в берете заказали сакэ. На улице уже стемнело. В закусочной было полно народу — служащие, зашедшие по дороге с работы, и, мужчины, специально приехавшие в Синдзюку поразвлекаться.

Перед ними поставили три бутылочки сакэ и закуску на маленьких тарелочках: морских ежей и маринованные овощи.

— Я думал, ты предпочитаешь только западные напитки. А ты и это попиваешь! — сказал «берет», наклоняя бутылочку над его чашечкой для сакэ.

— А вы, господин, тоже любите и то и это?

— Да. Мне по нраву сакэ. Давай сегодня не торопиться.

— Не торопиться? Вот как? — Он пристально посмотрел на парня в берете. — Я собирался скоро уйти.

— У тебя какие-то дела?

— Да ничего такого. Просто как-то нет настроения.

— Не такой уж ты простофиля, чтобы приходить в уныние от одного проигрыша. Давай еще выпьем. Если напьешься, я тебя провожу. Ты где живешь?

— Где я живу? В Мэгуро.

— Хм, а в какой части Мэгуро?

— Похоже на форменный допрос.

«Берет» смутился.

— Ну, понял.