— Не зевай, — сказал Клент. — Твоя нерасторопность может стоить нам жизни.

С этими словами он залез на подоконник и спустился в лодку. Взяв весла, он аккуратно отчалил от стены и подгреб к берегу. Свесившись за борт, Клент набрал несколько валунов и снова взялся за весла. С каждым гребком они все больше удалялись от берега и вскоре уже плыли посередине реки.

Дождь усилился, окружив лодку плотным занавесом. Дома по берегам стали едва различимы, мир потонул в непроглядной мгле, и только луна бледным пятном светила сквозь тучи. Крупные капли с таким шумом барабанили по воде, что Мошка едва различала отдельные слова из инструкции Клента:

— …острову, — сказал он, кивнув на причал Добряка Случайника прямо по курсу. — …Камни под одежду… утяжелить…

Ясно. Клент хотел, чтобы она напихала камней под одежду Куропата. Стиснув зубы, Мошка нащупала на дне лодки булыжники, показавшиеся даже не холодными, а ледяными. Затем подняла край рубашки Куропата и стала совать камни за пазуху. Ее мучил суеверный страх, что, если посмотреть в лицо Куропату, тот откроет глаза или рот, и тогда Мошка умрет от ужаса.

«Знаешь, чего я хочу, — прозвучал у нее в голове хриплый голос. — Дядю твоего за причиндал подвесить!»

Она не удержалась, мельком глянула на лицо — рот и глаза были закрыты, на щеках пролегли глубокие борозды, эдакий символ скорби, одолевшей душу усопшего. Мошка задумалась: все ли покойники имеют такой скорбный вид? Или на лицах у них проступают те чувства, что они скрывали при жизни?

Неожиданно для Мошки лодка стукнулась о причал Добряка Случайника.

— Теперь подождем, пока наползет туман, — тихо сказал Клент.

Вглядываясь в далекий берег, Мошка видела, как очертания домов теряются в белесой дымке, поднимающейся с воды. Ноги в башмаках промокли. Мошка подумала, что захоти Клент избавиться от нее как от ненужной свидетельницы, более удачных обстоятельств нельзя и представить. Стараясь не выдать своего волнения, она стала украдкой коситься на Клента. Тот сидел в профиль к ней и вроде бы смотрел вдаль, но с такого ракурса нельзя было сказать, следит ли он за ней.

Клент, когда просил ее не заходить в чулан, казался таким спокойным, обыденным, в нем ничего не выдавало убийцу, прячущего труп. В то утро, когда он разрешил ей погулять по городу, — вот когда он убил Куропата, а она вообще ничего не заподозрила.

Неужели Клент собственноручно убил капитана? Хотя чего удивляться — Клент боялся Куропата, а страх порой толкает на безумные поступки. А может, с возрастом проще смотришь на то, что в юности кажется немыслимым. Или Клент не нашел решения лучше.

И все-таки какую работу ему поручают Книжники? Он просто шпионит? Или ему случается пускать в ход нож? Может, он мастер не столько плаща, сколько кинжала? Мало ли, пьяный в стельку Куропат завалился в брачный дом и увидел Клента… за тайным занятием? Как Мошка застала его…

— Давай, — прошептал Клент, — бери его за ноги.

Причал нависал над головой, так что они не могли встать в полный рост, но им все же удалось спихнуть за борт мертвое тело. Капитан Куропат с плеском ушел под воду. Все, что осталось от него, — пена на воде да шейный платок, мелькнувший знаком вопроса. Пару раз булькнули пузыри, и река успокоилась.

Ненадолго.

— Смотри! — воскликнул Клент, показывая пальцем.

Метрах в семи от лодки из воды показалась спина.