— Что, правда? — спросил Тим. — Ты кого-то убила, Чарли?

— Нет.

Свернув с большой дороги, они припарковались перед большими окнами пиццерии «Веселый лосось». Тим указал на засыпанное сажей место по другую сторону улицы, где раньше находилась вторая пиццерия, и объяснил, что она «сголера».

— Сгорела, — вздохнул Нильс. — От слова «гореть».

— А я так и сказал. Сголера.

«Подумать только, что от дома осталась только печка и труба».

— Что ты говоришь, Чарли? — переспросил Тим и засмеялся.

— Да нет, ничего. Просто старая сказка.

Внутри было всего два посетителя, сидевших за разными игровыми автоматами. Чарли велела мальчикам взять из холодильника шесть напитков, а сама подошла к кассе, чтобы расплатиться.

— А не слишком дорого получается? — встревоженно спросил Нильс. — Я могу сбегать в продуктовый и купить большую бутылку.

— Не надо, для этого мы слишком голодные, — ответила Чарли. — Но спасибо, что ты это предложил.

«Нехватка денег, — подумала она. — Постоянный страх, что их не хватит». Временами она по-прежнему ощущала его, хотя сейчас у нее все было хорошо. Наверное, от этого страха уже никогда не избавиться, если когда-то существовал на грани выживания.

— Глядите-ка, Беттина дочка вернулась, — воскликнул один из мужчин у игрового автомата.

Это был Свенка — теперь Чарли его узнала. В руке он держал бутылку пива.

— Привет, — сказала она. — Как дела?

— Супер, — ответил Свенка. — Чудесно, когда разбежались наконец все журналисты и прочие чужаки залетные, которые летом все тут заполонили. Авось не случилось опять никакого дерьма? Никого больше не прихлопнули?

— Прихлопнули? — переспросила Чарли. — А ты не прочел, к чему пришли залетные полицейские? И что написали по этому поводу залетные журналисты? Никакого убийства не доказали.

— Это еще не значит, что его не было.

— Ты что-то знаешь, чего не знаю я?

— Нет.

— Тогда не понимаю, почему ты…

— Просто я не верю, что вы делаете свою работу как положено, — ответил Свенка с ухмылкой. — У меня не самый приятный опыт общения с полицейскими.

— Понимаю, — кивнула Чарли. — Выигрываешь что-нибудь?

Она кивнула в сторону игрового автомата.

— Да, но проигрываю еще больше, хотя это, наверное, так и задумано.

Чарли внимательно оглядела Свенку. Дряблая кожа, взгляд еще более мутный, чем летом.

— Можно задать тебе один вопрос? — спросила она.

— Я не за рулем, — ответил Свенка и поднял обе ладони. — С тех пор как у меня отобрали права, я ни единого метра не проехал.

— Охотно верю, — ответила Чарли. — Я здесь не по работе.

— А в каком же качестве ты здесь?

— Как подруга.

— А, ну тогда спрашивай.

— Тебе что-нибудь известно про Гудхаммар?

— Усадьбу?

Чарли кивнула, и Свенка отпил глоток пива.

— Просто черт-те что.

— А именно?

— Как можно бросить такой красивый старый дом на произвол судьбы! Он стоит без присмотра и разрушается. Но сделать ничего нельзя — владельцы и продать не хотят, и сами не ремонтируют.

— А кто владельцы?

— Семейство Мильд, но они тут не бывали с тех пор, как их дочь свалила.