— Не понимаю я тебя, — покачав головой.

— А должен? — нахмурился Махно, которого во время минувшей кампании на Украине взяли раненым.

— Ну а как же? Одно дело ведь делаем.

— Ой ли? — усмехнулся Нестор Иванович.

— А разве нет?

— Нет. Мы с тобой по разные стороны баррикад.

— Бей красных, пока не побелели. Бей белых, пока не покраснели. Так что ли?

— Можно и так сказать.

— Ты разве не понимаешь, что это вздор? Красивый, но в корне мусорный лозунг.

— Может и вздор, да весь мой. — нахмурился Махно.

— За что мы дрались в революцию? Я — за то, чтобы простые люди смогли вздохнуть. Будем честны, действительно хорошо жить они никогда не будут. Это детские иллюзии наивных дурачков или спекулянтов-балаболов. Но я стоял за то, чтобы у них было что поесть, что одеть, где жить. Чтобы из дремучести их вытащить. Если получится больше — отлично. Нет — даже это хорошо. И я сражался за это. Скажешь, что ты — нет? Ну что ты молчишь? Скажешь, что нет? Скажи. И плюну тебе в глаза. Ибо это будет ложью.

— Зачем тогда спрашиваешь?

— Затем — что вся эта красивая чепуха — идеология — лишь фантик для обертки реальности. Коммунизм… анархизм… либерализм… Разве это главное? По плодам их узнаете их. Не так ли? Важно не то, что ты говоришь, а что ты делаешь и зачем. Нет, конечно, хватает идиотов, которые дрались и продолжают драться за эти красивые фразы. И дохнуть. И убивать. Всей этой грязью прикрываясь для банальной борьбы за власть и грабежей.

— Думаешь я не такой? — мрачно спросил Махно. — Слышал я, про меня разное болтали.

— Если бы ты был такой, не стал бы стал работать столяром, плотником и плетельщиком домашних тапочек. Тихо доживая свой век в нищете. Возможностей взять денег на борьбу с красными у тебя хватало. Там, в эмиграции. Почему не взял?

— Не хотелось.

— Много кому захотелось, а тебе нет? Самому не смешно?

— А пришел на Украину.

— Тебя туда вытащили. Я знаю, что ты уговаривал своих не лезть во всю эту историю. А когда стало ясно — все равно полезут — решил возглавить, чтобы их не так много полегло. Разве не так?

— И что с того? — мрачно спросил Махно.

— Я хочу тебе предложить забыть все что было. И занять должность в правительстве.

— Ты издеваешься? — с каким-то изумлением спросил Нестор Иванович.

— В тебе я уверен, как ни в ком ином. Не купят. Не скурвишься. Ибо псих. Такой же, как и я. Поэтому и хочу предложить должность главы госконтроля. Чтобы ездил по разным заводам, городам и селам, да своими глазами смотрел что там происходит. Кто где ворует и кому что нужно оторвать, чтобы это уже прекратилось.

— Нет. — твердо и решительно произнес Махно.

— Почему?

— Просто нет. Не хочу.

— Не хочешь помочь бороться с ворьем? Почему?

— Я же ответил — просто не хочу. — с усмешкой ответил Махно.

— Ну нет так нет. — чуть помедлив, произнес Фрунзе вставая. Секунду постоял и направился к двери.

— Погоди, — окрикнул его Махно.

— Передумал?

— Ты же понимаешь, что это лишнее? — махнул Нестор Иванович в сторону следователя.

— Что это?

— Твой человек ведь сейчас нарисует какое-нибудь дело. И меня как воришку или разбойника шлепнут.