Вадим Немченко

Утро они встречали в придорожном мотеле.

Не выспавшийся Немченко сидел за столиком в местном ресторане и прихлебывал обжигающий кофе. Дима Стременников развалился на диванчике рядом и цедил апельсиновый сок.

— Сколько проверили домов? — хмуро поинтересовался Вадим ночными результатами.

— Шестьдесят семь, — глянул в блокнот Стременников. — Ночь нам здорово помешала.

— Это понятно, — кивнул Немченко. — Наших-то нашли?

— Нет пока, — вздохнул Дима. — Ни микроавтобуса, ни «девятки» Палтуса. Вокруг того магазина все закоулки перерыли. Там и сейчас дежурят трое. Я их на всю ночь оставлял.

— Это правильно, — похвалил Вадим. Он сделал большой глоток и обжегся. — Черт!

— Сколько людей мы выделим Петровскому? — спросил Стременников. — На время операции на кладбище будем прекращать поиски?

— Ты что?! — вытаращился на него Немченко. — Зачем? Меня кладбище, если честно, вообще слабо интересует. Я не понимаю уверенности Петровского, что Тензор будет именно там. Почему? С какой стати? Ради какой-то там мертвой девки?

— Может быть, Петровский тоже что-то не договаривает?

Немченко рывком отодвинул чашку.

— А мне плевать, — посмотрел он на Диму. — Мне нужен Тензор и точка. И мы его возьмем тепленького, в обустроенном лежбище, понял?

— А если раньше его возьмут люди Петровского?

Вадим не успел ответить. У него зазвонил телефон.

— Да? — поднял он трубку.

Несколько минут Немченко сосредоточенно слушал.

— Сейчас будем, — наконец, закончил он разговор.

Поднявшись, Вадим убрал телефон в карман.

— Микроавтобус нашли, — сказал он. — Только там, внутри, всего два трупа.

— Кого нет? — деловито поинтересовался Дима.

— Сашка, — вздохнул Немченко. — Или он успел сбежать, или…

— Стал мертвецом Тензора, — закончил за него Стременников и поднялся тоже.

Микроавтобус завалился в придорожный кювет. Место было безлюдное, глухое. Голые деревья подступали почти к дорожному полотну. Кое-где зеленели едва прикрытые снегом елки.

— Чем это его? — недоуменно спросил Дима.

Казалось, будто внутри машины взорвалась бомба. Ее бока были раздуты от огромного внутреннего давления. Сидения сплющились и напоминали тонкие согнутые вертикально вставленные картонки. Битое стекло на полу превратилось в поблескивающую пыль.

— Где тела? — спросил Немченко у Костика — старшего группы, нашедшей машину.

— В багажнике, — махнул тот рукой. — Только там не тела даже, Вадим Дмитриевич.

— Пошли, посмотрим, — насупился Немченко.

Было холодно. По скрипящему снегу они дошли до джипа.