— Верно, — с уважением одобрил Вадим. — С товарищами их сопровождающими не церемоньтесь. Стрелять на поражение. Они смертельно опасны и очень сильны. Предупреждаю, смерть у них наступает только, подчеркиваю, только от выстрела в голову. Поэтому стрелять надо точно.

— Они нелюди, что ль? — спросил кто-то, в темноте.

Немченко посмотрел на Диму.

— Ты людей ввел в курс дела или нет? — с раздражением поинтересовался он.

— Конечно. Кто это у нас такой не просвещенный?

— Так просто, уточнить хотел, — буркнули вновь из темноты.

— А нечего уточнять, понял? — завелся Вадим. — Здесь тебе чего, палата парламента, что ли? Подискутировать захотелось?

— Да понял он все, Вадим Дмитриевич, — вздохнул Расул. — Продолжайте.

Немченко зло выругался.

— Дальше, — успокоившись, сказал он. — После заезда делимся: группа на линию. Ищем утепленный дом с признаками людского присутствия. Как-то: дым, запах еды, свет, возможно, музыка. Опять же машины. Сейчас все завалено снегом, народу здесь мало. Думаю, таких домов будет раз, два и — обчелся. При обнаружении действий никаких самостоятельно не предпринимать, а сразу выходить на связь. Это все.

Народ потянулся на свежий воздух.

Расул остановился на мгновение.

— Вадим Дмитриевич, — спросил он, — а стрелять-то в случае чего — серебром?

— А серебро тут не действует, Рас, — вместо Немченко ответил Дима. — Раздай людям разрывные.

— Чтобы сразу полбашки разнесло, — кивнул Вадим. — Навечно.

Максим Дронов

Фары выхватывали из темноты занесенные снегом могильные ограды, просевшие под тяжестью времени и зимы косматые деревья и неторопливые снежинки, медленно падающие на лобовое стекло.

— Жизнерадостный пейзаж, — пробурчал Сергей.

У него, почему-то, отпало желание говорить громко.

— Виктор, — тоже в полголоса произнес Геннадий, — может, хотя бы, музыку включите? Жутко как-то…

— Хватит уныния и философии, — резко сказал Гарин. — У нас здесь дело и времени на лирику нет совершенно. Максим, Гена — водометы в багажнике, вылезаем на свежий воздух, снаряжаемся. Сергей — пора на «скольжение». Мне нужна полная информация о происходящем. За работу, ребята…

Ноль пятнадцать.

Лямка водомета больно врезалась Максиму в плечо.

— Черт, — произнес он, старательно ее поправляя.

— Не был в армии? — сочувственно спросил Геннадий.

— Нет.

Максим вдохнул полной грудью морозный свежий воздух.

Было холодно, даже ноздри при вдохе слипались.

Градусов пятнадцать, — подумал Максим, оглядываясь.

Если бы не ограды, напоминающие о могилах, можно было подумать, что он оказался в волшебном лесу. Сказочные, наверняка говорящие, деревья с ветвями, опустившимися под тяжестью пороши почти до земли. Холодное безмолвие белой снежной равнины. Неторопливые снежинки, возникающие в лучах света и пропадающие через мгновение в темноте.

Он повернулся к джипу, где за стеклом, откинувшись на разложенном пассажирском сидении, спал Сергей. Вернее, не спал… Скользил…

Ивлев сел на сидении, сонно поводя глазами.

Виктор открыл дверь.

— Ну? — спросил он.

— Поле, — произнес Сергей.