— Ты бессеребренник? Буффон! А мог бы попросить мильон!… Эстарну, например.

— Не надо. Она сестра мне.

— Чушь! Ага! Сестра!… А вы чего, магистр, молчите? Вы крестнику доверили секрет, он сохранить его вам дал обед. Хотя б за то его благодарите, Эстарной, что ли поманите.

— В советах не нуждаюсь я. А твой тем более — смешон. Идете вы туда, откуда не бывает возвращенья, еще награду просите?

— Всего лишь утешенья, и как заметила я — лишь ему. И что плохого в том, я не пойму.

— Идите, я устал от вас.

— Тактично… Своевременный указ, — бурчала Яна. — Сказал бы просто: человек меня достал. Я все сказал, и больше говорить не буду… А проводник?!

— Он вас найдет, когда ему настанет срок.

— Объявится когда захочет, — перевела. И высказался Авилорн, с милейшею улыбкой выдал он:

— К Эстарне мы заглянем и возьмем все, что нам может пригодиться.

— Авилорн! — так гром гремит, как голос мага. — Ты хочешь потерять ее?

— А вы конечно — человека.

— Ах, вот как? Мило с вашей стороны, — поклон им выдала девица. — Но мы не станем здесь рядиться. Раз — нет, так нет. Добро, оно всегда на голову больное. Ну, в смысле невмешательство и все такое. И множить мы ваш грех не станем и вас, не сетуя, оставим. Одно замечу — мы дойдем. И не умрем, не пропадем без вашей искренней поддержки.

— Вот это вряд ли, — Авилорн поклон положил магу. И в ответ качнул главою он.

— Ах, посмотрите, что такое? Какое единение меж вас? Прям таки экстаз! — рявкнула Янина не сдержавшись. — Удальцы!… Лжецы, нахалы, подлецы!..

И в миг покинула покои влекомая стальной рукою, а ветер в спину подгонял.

И только лишь достали ноги до земли, эльф по лицу жене провел и в сон отправил.

— Ты много знаешь, отдохни.

Домой отнес, положил на кровать. И тут же появилась мать. Эйола тихо в залу проплыла, в глаза сынку смотря пытливо.

— Что вам сказал Аморисорн?

— Он отпустил нас.

— Тогда зачем ты Яну погружаешь в сон?

— Чтоб нас не выдала она. Сама ты знаешь, уж сочла.

— Недобро смотришь ты.

— Прости, забылся. В себя от вести не пришел.

Эйола к сыну подошла к груди прижалась:

— Это ты меня сыночек извини… Кто знает, что вас ждет в пути? Ты сколь угодно можешь осуждать, но я исполнила свой долг как мать.

— Меня ты защитила, а ее? — качнул он головою в сторону жены.

— Увы.

— Она же в планы ваши не входила.

— Я защищала от отца тебя, а остальное — то судьба.

— Аморисорна выдумка. Он ждал…

— О, нет, всего лишь помогал.

— Не надо, матушка, мне ясно ты не знаешь, задумки мага Эльфию возглавить, наконец, и не худому роду, а мне, как крестнику его и сыну Аустеля. Я понимаю, ты добра хотела, о каждом сыне, дочери печешься ты, но мне стезю ты изменила.

— Я не одна о том решила, и не сама просила, верь. Аустель манил нас в ад, к себе. Тебя. Я потерять вас не могла.

— И вот теряешь.

— Нет, сынок. Ты защищен, почти неуязвим.

— И плохо мне, как думаю о том. Скажи мне, маг то сделать предложил?

— Всего лишь худшее предположил, а я же Согласилась. Он был учителем моим и другом верным.

— Поглядим. Мне больно думать, что добро себя во зло использовать могло.