Яна решила молча проглотить и это, в надежде, что эльф, все-таки вспомнит о своей принадлежности к джентльменскому полу и проявит чудеса воспитания, взяв на свои плечи груз торбы. Ничуть не бывало. Авилорн взял протянутые веллином мечи, завернутые в тряпицу. Развернул осторожно, провел ласково по ножнам, проверил, тщательно осмотрев клинки, и, пристроил ножны крест накрест за спиной. Веллин взял плошку с жуками и, освящая ими дорогу, повел путников прочь от города лесных жителей, который в предрассветную пору ничем не напоминал о своем существовании. Деревья исполины, обычные, ничем не отличающиеся от тех, в которых спали веллины, были повсюду и, казалось, им нет числа, и лес никогда не кончится.

Вот уже рассвело. Ноги девушки подкашивались под немалым весом сумки, а лес все продолжается, а веллин все идет и идет, а эльф бесшумно скользит следом, не обращая и малейшего внимания на пыхтящую от тяжести Яну.

— Может, поможешь?! — не сдержавшись, рявкнула она ему в спину.

— Зачем? — удивился Авилорн, настороженно покосившись на спутницу через плечо.

— Правда, зачем мне помогать? — пробухтела девушка. — А сам как думаешь?!

Эльф пожал плечами и прибавил шагу, сбегая от Яны.

Вот паразит! — возмутилась и поразилась она. Плюхнула сумку на мох возле куста и села отдохнуть. Взгляд упал на мелкие бордовые ягоды, свисающие гроздьями с веточек куста. Заманчивые, вероятно, спелые. Только Яна уже пробовала одну такую, спелую, поэтому рисковать не стала и осторожно, жмурясь на всякий случай, и клонясь в сторону, сорвала одну ягодку, раздавила пальцами. Та брызнула соком, оставив на пальцах капли красной жидкости. Сурикова с полминуты рассматривала их, не решаясь попробовать, даже растерла, проверяя не жжет ли она, не разъедает, как кислота, и уже потянулась за второй ягодой, чтоб рискнуть, попробовать все-таки на вкус, как поняла, что лишилась пальцев.

— А-а-аааааа!! — разнеслось диким верещанием по округе.

Эльф и веллин пригнулись от неожиданности, и, сообразив, что так может кричать лишь одно существо, рванули на помощь девушке, уверенные, что ее, как минимум, поедают живьем.

Яна, не переставая кричать, рассматривала свою руку, то место, где должны были быть пальцы, и могла поклясться, что по совокупности впечатлений они были. Но, их не было! На месте большого, указательного и безымянного пальца зияли отверстия, сквозь которые был виден мох, листья злосчастного куста, одарившего ее знакомством с еще одним производным этого дурного мира.

Она тряхнула ладонью. Надеясь таким образом вернуть свои конечности на место, и вновь посмотрела на руку — пальцы не вернулись. Повторный крик отчаянья и ужаса, прибавил скорости эльфу. Через секунду он уже стоял с мечом на перевес рядом с Яной, готовый отразить нападение врага и спасти девушку, но вот незадача, врага-то, как раз видно не было. А девушка крутилась волчком и вереща, трясла рукой. Что укусило жену, Авилорн не знал, но предполагал, что это был неведомый ему зверь, которого со свойственной ей любовью ко всему живому, жена довела до бешенства в рекордно короткий срок. Зверь, видимо, не стерпел и цапнул злюку, за что и поплатился — отравился кровью девушки, и, наверное, быстро отполз, чтоб умереть вдали от шума.

В это время, мчавшийся со всех ног веллин, наконец, прибыл в эпицентр событий. Тормоза отказали в последний миг, и пролетев по инерции пару шагов, Вэрн со всего маху впечатался в эльфа. Того отнесло к стволу, расплющило и слегка оглушило.