— А тетя? Разве ты не могла поговорить с ней?

Нетерпюха качает головой.

— Я не люблю обременять тетю своими проблемами, да и тот февраль был страшным для нее. Для всей нашей семьи. Джейн пыталась покончить жить самоубийством в начале месяца и после этого ее пару недель держали под психиатрическим наблюдением. — Судя по голосу, она любит и переживает за свою родственницу.

Теперь понятно, почему Гитлеру пришлось уехать посреди тура и мне становится жаль его.

Нетерпюха продолжает:

— A через несколько дней я поняла, что мне будет лучше без него, что я и сама смогу воспитать малыша. Я бы любила его за нас обоих... Я уже любила его. — Ее голос наполняется радостью, когда она начинает говорить о ребенке, а у меня внутри все сжимается, потому что, не знаю как, но я чувствую, что она его потеряла.

Нетерпюха пристально смотрит на меня и улыбку на ее лице сменяет страдание и горе.

— Я так любила этого ребенка. Я была бы хорошей мамой, Густов, — шепчет она сквозь слезы.

— Ты была бы хорошей мамой, — соглашаюсь я с ней, сглатывая ком в горле.

И это действительно так. Нетерпюха — одна из самых устремленных, ответственных и пылких людей в моей жизни.

Она пытается улыбнуться, но у нее ничего не выходит и Нетерпюха просто опускает голову на мое плечо. Тяжелую, как и боль в ее сердце.

— Двадцать девятого марта у меня случился выкидыш. В тот день я поняла, что значит кого-то терять. По сравнению с потерей ребенка, расставание с Майклом было всего лишь  незначительным эпизодом. Знаешь, есть такое выражение: "все происходит не случайно"?

Я киваю. Нетерпюхa не видит меня, но может чувствовать мои движения.

— Человек, который это придумал,  наверное, никогда не терял.

Это не вопрос, но я все равно отвечаю:

— Скорее всего, нет. Потерять кого-то — это очень страшно.

— Да. И я до сих пор чувствую себя виноватой, как будто сделала, что-то неправильно. Доктор сказал, что я ничего не могла изменить, но я считаю, что выкидыш — это моя вина.

— Выкидыши случается довольно часто. В этом нет твоей вины. А как отреагировал на это гребаный Майкл? — крепко сжав ее руку, спрашиваю я.

— Я отправила ему сообщение на следующий день, потому что думала, что он заслуживает знать. Это был наш первый контакт после расставания. У меня был новый телефонный номер, которого он не знал. Майкл перезвонил буквально через несколько минут и оставил кучу сообщений, в которых говорил о том, как ему жаль. Он сказал, что жена узнала об измене и бросила его, но я не поверила ему. Майкл также сказал, что очень сильно любит меня и хочет снова увидеть. Так продолжалось неделю, a потом я опять сменила номер и ничего не слышала о нем до тех пор, пока он не появился здесь несколько недель назад.

— И ты поехала с ним.

Она снова хлюпает носом.

— Да, и не горжусь этим. Думаю, мне просто нужно было поставить точку. Я хотела закончить отношения на своих условиях раз и навсегда. К тому же, где-то в глубине души я все еще любила его.

— Ну и как все прошло?

Нетерпюха сжимает мою руку так, как будто ей проще объяснить все действиями, чем словами.

— Так же, как и всегда — меня отымели.

— Вот сукин сын, — начиная закипать, произношу я.

— Нет, я сама в этом виновата. Когда я вышла из его номера в гостинице, то уже знала, что между нами больше ничего нет и не будет. Что чувства, которые у меня к нему были, это не любовь, а скорее привычка, если ты понимаешь, что я имею в виду. Возможно, в начале так оно и было, по крайней мере с моей стороны, но потом все превратилось во что-то совершенно другое. Поэтому, когда он пришел ко мне сегодня, я поехала с ним только для того, чтобы сказать, что все закончено.