—      Н-да, эндемические патологии — вещь паршивая, согласен.

—      Паршиво то, что у меня давно нет страховки. Лекарства стоят так дорого, что хоть «мама» кричи.

—      Печально слышать, мастер Бон. Впрочем, я думаю, что мы с вами поправим это дело. Я хочу предложить вам небольшую работенку. Никакого риска, и даже — без особой беготни.

—      Риск часто рисуется по ходу пьесы, милорд. Вам ли не знать?

—      Да, разумеется. Но тут мы постараемся избежать неожиданностей.

На стол подали вино, и Детеринг сделал паузу. Судя по глазам Бона, предложение поработать пришлось весьма кстати. Йорг налил в два стакана, выложил портсигар.

—      Работа будет, в общем-то, несложная. Походить и поспрашивать. Вы, конечно же, слышали про почтенную семью Барикко, владеющую различными активами в столице?

—      Кто ж про них не слышал? — Бон вдруг помрачнел. — Только подобраться к ним трудновато, милорд. Можно и по роже отхватить. А можно — ножками в океан.

—      К ним не нужно подбираться, — мотнул головой Детеринг, закуривая. — Я не идиот, чтобы просить вас о таких вещах Мне нужно другое... Да, вопрос довольно скользкий, имущественный. Но тут ведь дело такое: вы оперативник, пусть и бывший, с людьми разговаривать умеете, какие-то связи у вас, я уверен, сохранились. И к тому же учтите — не дай бог что, я вас прикрою. Либо вывезу куда подальше, либо надеру обидчикам задницу,

Криспин выхлебал свой стакан и уставился на Детеринга с глубокой задумчивостью во взгляде. Он прекрасно понимал, что отказаться от задания невозможно, но, как человек здравомыслящий, пытался оценить риски на самом раннем этапе. Верная оценка позволяла выторговать для себя те или иные условия.

—      Что значит — имущественный вопрос? — спросил он наконец. — Возможно, кое-что я смогу рассказать вам прямо сейчас, не сходя с этого места.

—      Ну, скажу сразу: я не ставлю перед собой задачи компрометации этого почтенного семейства. Соответственно, меня совершенно не интересуют деловые активы, контролируемые через подставных лиц или как-то еще. Это мне безразлично, я, слава богу, не в Финансовой Гвардии служу. Мне нужно другое, Бон... Мне нужны «норы», куда они могут залезать при случае того или иного шухера. Как это все обычно организовано? Маленькие отели, бордели, всякие курортные кемпы…

Кому принадлежит все это имущество — тоже хотелось бы знать, но главное — это контроль. «Нору», может держать какая угодно бабушка Сара, мне важно знать, что реальный собственник — Барикко.

—      Если бы я продолжал работать в полиции, то от такого дела бежал со всех ног, — честно признался Криспин. — Но с вашей поддержкой, милорд, можно и попробовать. Давайте так: для начала я вам кое-что расскажу про Кассандану. Здесь родились и умерли мои предки, сам я достаточно долго работал в полиции, так что ситуацию знаю досконально. Кассандана сложна, милорд, здесь отношения бизнеса и общества складывались немного не так, как в соседних «старых мирах». Тут все перемешано: интересы аграриев, промышленников, транспортников, борьба за контроль над профсоюзами и финансовые потоки. Здесь нет и не было корпораций с узкой специализацией, у нас вообще правят семейные объединения, имеющие интересы в нескольких областях сразу.