|
Джек задумался; потом, к большому удивлению Олли, принялся энергичными штрихами набрасывать портрет миссис Конрой. - Вы же сказали, что никогда не видели ее? - вскричала девочка. - Я и не видел, - ответил, рассмеявшись, игрок. - А ты знаешь, Олли, что такое блеф? После коротких сумерек спустилась ночь; воздух похолодал. Недвижный силуэт далекого Берегового хребта четко выступил на пепельно-бледном закатном небе, потом пропал без следа, и на его месте загорелись звезды. Красноземная дорога, такая прямая и ровная в дневное время, потерялась в мгновенно воцарившейся тьме; исполинские стволы деревьев и прибрежные утесы то вдруг надвигались на них, преграждая путь, то вновь расступались перед уверенно правившим ездоком. Временами леденящие испарения из придорожных канав овевали Олли, словно дыхание раскрытой могилы, и она вздрагивала всем телом, хоть и была укутана в толстый дорожный плед мистера Гемлина. Джек вытащил фляжку и дал Олли отпить глоточек; девочка закашлялась; умудренная широким жизненным опытом, она безошибочно угадала вкус и запах виски. К ее удивлению, Джек тут же спрятал фляжку, даже не поднеся ее ко рту. - Еще ребенком, Олли, - сказал весьма торжественно мистер Гемлин, - я поклялся своим престарелым родителям, что никогда не прикоснусь к виски, разве только по настоятельному предписанию врача. Вот и вожу с собой на этот случай фляжку. Пока без успеха. Было совсем темно, и девочка не смогла уловить взгляд мистера Гемлина. Как всякая истая женщина, она больше доверяла его глазам, нежели словам, что, впрочем, не всегда спасало ее от обмана. Она не ответила ничего; замолчал и Гемлин. Немного погодя он сказал: - Ах, какая это девушка, Олли! С обычной проницательностью и чуткостью Олли разом определила, что речь идет о той самой девушке, что и час назад. - Из южного округа? - Да, - сказал мистер Гемлин. - Расскажите мне о ней, - попросила Олли, - расскажите все, что знаете. - Я почти ничего не знаю, - со вздохом признался мистер Гемлин. - Ах, Олли, как она поет! - Под аккомпанемент рояля? - чуть покровительственно спросила Олли. - Под аккомпанемент органа, - ответил Гемлин. Олли, у которой представление об органе было связано с гастролями бродячего шарманщика, неприметно зевнула; довольно вяло она обещала мистеру Гемлину, что когда поедет путешествовать, то непременно завернет в те места и поглядит, что можно сыграть на столь примитивном инструменте. Джек усмехнулся и погнал лошадь. Немного погодя он сделал попытку растолковать Олли, что представляет собой церковный орган. - Было время, Олли, я сам играл в церкви. Иной раз так увлекал их игрой, что они даже молиться забывали. Давненько это было! А одну арию я особенно любил и часто играл; это ария из мессы Моцарта; ее-то она и пела, Олли; сейчас я постараюсь показать тебе, как ее надо петь. Джек запел хвалу скорбящей деве и очень скоро, как и подобает истому энтузиасту, полностью позабыл обо всем на свете, кроме исполняемой арии. |
