Так или иначе, но в том, что эта тварь была достаточно разумна, чтобы с умом подойти к выбору укрытия, сомневаться более не приходилось. Вместе с тем подтвердился и невысокий уровень её сил: на столь небольшом расстоянии перерождённый отчётливо видел состояние симбионта, соответствующее пиковому серебряному рангу. Одни из самых гадких демонических зверей, не обладающие большой мощью, но использующие уникальные таланты особи. А это был не просто разумный демон, но и симбионт.

«Эрида, ты сможешь взять на себя наблюдение за золотым низшим на северо-востоке?»

«Да, носитель».

Одновременно с её мыслью чужое восприятие, прежде указывающее на симбионта, изменилось, сконцентрировавшись на одном из защитников разумного монстра.

«Но в таком режиме я не смогу своевременно обнаружить прочие вероятные угрозы».

«О них я позабочусь сам».

Опасная фаза в плане анимуса не должна была продлиться дольше одной-единственной минуты. Всего один шанс, одна попытка – и побег вне зависимости от результата.

Элин сосредоточился на перстне с боевыми зельями, ещё раз пробежавшись глазами по всему тому, что в нём оставалось, и попытался мысленно смоделировать наиболее разрушительный эффект, который можно вызвать их применением вместе с его собственными небогатыми запасами и техниками.

Он не мог позволить себе начать бродить по пустоши, прощупывая каждый квадратный метр в надежде отыскать затаившегося там монстра – маскировка на пике своей эффективности высасывала и без того невеликий резерв, грозя уже через двадцать минут ничего от него не оставить. Экономный режим был недоступен как из-за продолжающего издеваться над сородичем золотого демонического зверя, так и из-за пока неизвестных способностей симбионта: он уже оказался не так прост, как ожидалось.

Выход Элин видел лишь один, и потому сейчас, скрывшись среди камней и взявшись за переработку одной из уже известных техник, перерождённый уповал на то, что его нынешний враг вынужден как-то дышать, даже скрываясь под землёй. А для того, чтобы заставить кого-то покинуть укрытие, придумали множество крайне интересных и далеко не всегда гуманных способов.

«Хочу заметить, что в отношении объёмов знаний носитель сильно выделяется среди своих сверстников-союзников. Среди носителей также существует деление на виды и классы?»

«Среди людей, Эрида. И вообще, называй меня по имени».

Несколько сотен капель крови упали на расчертивший землю рунный круг, но не впитались в сухую почву, а равномерно распределились по всей поверхности конструкта.

«У людей нет видового и классового деления в том виде, который ты имеешь в виду. Но ты права в том, что я выделяюсь. Просто не учитывай мои возможности, составляя свою картину мира».

«Это абсурдно. Носитель для симбионта – самое важное. Вас нельзя просто взять и исключить…»

Змейка задумалась, а Элин, воспользовавшись паузой, поспешил нанести финальные штрихи, начав подавать в круг свою аниму, параллельно превращая её в чистый яд.

«Разве не будет лучше, если Элин сообщит мне правду? Для симбионта особенно важно располагать точными сведениями о возможностях носителя».

«Пока это будет лишним, – отрезал экс-абсолют, так как поднятая тема отбила у него всякое желание продолжать вести душевные разговоры. – Отслеживай перемещения своей цели и сообщи, если между нами останется две сотни метров или меньше».

«Хорошо, Элин».

Между тем маленькая змейка, казалось, нисколько не обиделась, из-за чего анимус невольно задался вопросом касательно того, может ли Эрида в принципе испытывать в его отношении негативные эмоции. Единственный раз, когда она продемонстрировала неудовольствие, случился тогда, когда он не собирался бежать.