Конечно, предстояло еще показать фотографическую карточку Колобова на предмет опознания всем проживающим в бывшей усадьбе генерала Безобразова и их соседям. Увы, интуиция подсказывала Воловцову, что все эти действия никакого результата не дадут. Однако провести их (в том числе и для очистки совести) непременно следовало…

* * *

Ведя расследование, Воловцов всегда сначала принимался за самое сложное и необъяснимое, оставляя простое и понятное на потом. Это было непременное правило, которое судебный следователь по особо важным делам неукоснительно соблюдал и не изменял ему ни при каких обстоятельствах. Было решено показывать фотографию Колобова для опознания свидетелям или тем лицам, которые, по его мнению, должны были его знать, и заодно, не привлекая к себе внимания, вести следственные действия на предмет причастности к двойному убийству Константина Тальского.

Чем Иван Федорович и занялся с утра следующего дня.

Первой, кому Воловцов показал фотографическую карточку Ивана Колобова, была Ольга Всеволодовна, супруга Тальского-младшего, взятого под стражу. Ивану Федоровичу было известно, что Платонида Евграфовна оженила своего племянника, сиречь внука, на дочери генерала Безобразова. Генерал достойно позаботился об обеспечении дочери: положил на ее имя в Городской общественный банк Сергея Живаго двадцать семь тысяч рублей. Когда Ольга выходила замуж, то получила из банка деньги отца с набежавшими процентами, то есть около тридцати тысяч рублей. В результате чего Константин Тальский из тетушкиного приживальщика превратился во вполне обеспеченного человека. Правда, не на очень долгое время…

В тысяча девятьсот втором году генерал Безобразов отбыл в мир иной, и Ольге Всеволодовне отошла по завещанию генеральская усадьба: каменный дом с четырьмя колоннами на парадном входе, с семью окнами на фасаде и деревянным мезонином-светелкой и деревянным флигелем, в котором поселилась генеральская вдова Платонида Евграфовна.

В этот дом с мезонином и направил свои стопы Иван Федорович Воловцов.

Позвонив в дверь, он терпеливо прождал несколько минут, пока ему открыла молодая интересная женщина.

– Покорнейше прошу меня извинить, – слегка приподнял он шляпу. – Меня зовут Иван Федорович Воловцов, я судебный следователь по особо важным делам Московской судебной палаты. Вы госпожа Ольга Всеволодовна Тальская, хозяйка этого дома?

– Да, это я.

– Позвольте пройти, мне нужно задать вам несколько вопросов в связи с арестом вашего мужа.

– Пожалуйста, проходите, – отступила женщина.

После светских любезностей Воловцов показал ей фотографию Колобова:

– Взгляните повнимательнее, вы, случайно, не встречали этого человека?

Ольга Всеволодовна взяла фотографию, пристально всмотрелась и через несколько секунд вернула, равнодушно добавив:

– Этот человек мне совершенно незнаком. Уверена, что никогда его не встречала.

– А события того трагического дня вы хорошо помните? – спросил Воловцов, внимательно рассматривая Ольгу Всеволодовну: мила, воспитанна, получила весьма неплохое образование.

Всего-то небольшая заминка, после которой она уверенно отвечала:

– Обо всем я уже говорила полицейскому дознавателю… Знаете, совсем не помню его фамилии – она мне была как-то без надобности. А еще рассказывала судебному следователю Сусальскому… Но если это хоть как-то сможет помочь моему мужу, я могу об этом рассказывать хоть сто раз.

– Ну, сто раз будет излишне, а вот еще один раз, если вас не затруднит, будьте любезны, – улыбнулся Воловцов и достал памятную книжку.