- Я... наконец... этот магазин... но теперь  все  пропало...  -  сказал

мужчина, всхлипывая. -  Вы  же  не  поможете  мне  вытащить  тела  жены  и

дочери... Так что оставьте меня... Я буду здесь сидеть... Они же  одни,  а

кругом - развалины, темнота... Не могу я их оставить здесь, понимаете,  не

могу...

   -  Верно,  темнота,  развалины,  -  первый  раз  подал  голос   пожилой

полицейский. - Вот мы и говорим, что место здесь опасное, да и  не  видать

ничего во мраке-то... Прошу вас, поднимитесь, пожалуйста. Если  вам  негде

ночевать, мы  постараемся  вас  устроить.  Не  хватало  только,  чтобы  вы

заболели. Разве можно?!

   Он ласково взял мужчину за руку повыше локтя и помог ему встать.

   - Сколько людей лишилось семьи! Я вот тоже  потерял  жену  и  детей.  И

мать... - продолжал пожилой. - А в последнюю войну под  бомбежкой  погибли

отец и старший брат. И все-таки унывать нельзя, ничему этим  не  поможешь.

Верно? Когда такая беда, всем нам нужно держаться... а то знаете...

   - Что это? - молодой полицейский взглянул на черное, беззвездное  небо.

- Дождь!

   Заморосил редкий дождик. Поднялся ветер. Где-то  что-то  упало,  громко

стукнувшись о землю. По безлюдной улице весело прокатилось эхо.

   - Видите, что здесь  творится.  Достаточно  ветерка,  чтобы  что-нибудь

рухнуло...

   Ведя за руку  рыдавшего,  как  ребенок,  мужчину,  пожилой  полицейский

говорил ему, словно внушая самому себе:

   - Скоро холода наступят... беда просто, как же тут...

   Полное разрушение Центрального рынка, холодильников Сибаура и  Синагавы

парализовало снабжение столицы свежими  продуктами  питания.  Пристани  не

могли принимать суда, так что подвоз грузов осуществлялся только по  суше.

Но главные железнодорожные и шоссейные магистрали частично вышли из строя,

так что с полной нагрузкой использовались старые. В  результате  на  одном

шоссе  произошел  суточный  затор.  Кроме  того,  на  доставке   продуктов

отражалось и резкое повышение цен на горючее.

   Был издан чрезвычайный указ "О контроле над ценами". И все же  цены  на

консервы, специи, рис, хлеб, медикаменты и  строительные  материалы  сразу

поднялись по всей стране.  С  рынка  стали  исчезать  товары:  торговцы  и

покупатели, в основном те, кто  почти  никак  не  пострадал,  продавали  и

закупали как бешеные. Начал возрождаться "черный рынок".

   Кансайский край еще полностью не  пришел  в  себя  после  прошлогоднего

землетрясения, так что на него как на источник продовольствия нельзя  было

возлагать особых надежд. Срочные поставки товаров из префектур, где и  без

того хронически повышались цены, привели к еще более  резкому  вздорожанию

всех продуктов. Временный паралич в  финансовой  и  экономической  системе

Центра привел, если не к экономическому кризису, то к финансовой тревоге и

понижению доверия к денежным ценностям. Для всех стало ясно, что страна на

пороге инфляции.