на накренившееся здание и сказал "Красиво!" Толпа их  тут  же  растерзала.

Полицейского, который выезжал  на  место  происшествия,  потом  все  время

тошнило, он никак не мог прийти  в  себя...  Вот  что  бывает,  когда  все

возбуждены до предела.

   - Молодежь просто ничего не понимает. Ни общество, ни семья не учат их.

Несчастные... Надо быть начеку, не то молодые здорово  пострадают.  Обычно

делают вид, что их поддерживают, похваливают - молодцы, мол, умники!..  Но

это все на словах. А на самом деле у старших все время копится раздражение

против этих шалых  ребят.  И  при  теперешних  обстоятельствах  оно  может

внезапно превратиться  в  ненависть...  Срабатывает  тот  самый  "инстинкт

агрессии", который, говорят, в каждом человеке живет. И в  первую  очередь

он  обратится  против  зеленой  молодежи,  которая   "держится   нахально,

выламывается".

   - Появись сейчас тип вроде  Гитлера,  он  далеко  пошел  бы,  -  сказал

молодой. Пожилой даже обернулся, чтобы посмотреть ему в лицо.

   - Гм... да, пожалуй... - задумчиво произнес  он.  -  Ты,  как  я  вижу,

неплохо соображаешь... Гитлера в Японии, может, и не будет, по правых надо

опасаться.  Ведь   если   действовать   методами   насилия,   тут   такого

наворотишь... Взять хотя бы закон "Об охране  общественного  спокойствия",

принятый   во   время   первого   землетрясения    Канто.    Сколько    им

злоупотребляли...

   Молодой полицейский направил свет карманного фонаря вперед.

   - Здесь кто-то есть, - сказал он.

   У небольшого сгоревшего здания,  от  которого  остался  только  ажурный

железный каркас, сидел на корточках мужчина. Рядом с ним  лежал  маленький

чемоданчик.

   - Простите, - молодой дотронулся до его плеча. - Что с вами? Здесь  еще

опасно, мало ли что может на голову свалиться... особенно ночью.

   Мужчина не шевельнулся. Он был уже в годах, хорошо одет,  по  в  грязи,

полуседые волосы растрепаны. По лицу текли слезы.

   - Оставьте меня, пожалуйста... - он слегка дернул плечом. -  Здесь  мой

дом, магазин. А там... внизу... моя жена, дочь...

   - Ваша жена... -  молодой  полицейский  не  знал,  что  сказать,  потом

нашелся. - Ну, магазин ваш сгорел, но это ни о чем еще  не  говорит.  Они,

может, бежали, где-нибудь  укрылись.  Здесь  поблизости  парк  Хибия,  там

действует центр регистрации пропавших без вести...

   - Нет, они  погибли.  Я  был  в  префектуре  Яманаси.  Сегодня  вечером

добрался сюда, с большим трудом... И вот... увидел... Столбы,  балки,  все

обуглилось. И груды земли... А там, под этим, нога жены и подол  кимоно...

Она лежит так, словно кого-то прикрывает своим  телом...  Я  знаю  кого  -

дочь. Ей шестнадцать было. Больная девочка, сердце и ноги... Не могла  она

встать с постели, ну и...

   Закрыв лицо ладонями, мужчина зарыдал. Он  весь  был  измазан  сажей  и

золой.