Холод наступает. Ничто не может его остановить. Не помогает ни двойная доза концентрата «кипятковый» в твоем концентрате «чайный», ни жаркие ласки профессора Д’Еот, ни даже новейшие самоходные паровые печи, которые разработал тайный советник гильдии сантехников Теплотрас Тарасович Фростпанченко.

Камин в твоей ячейке горит каждый день, но при разговорах с любимой изо рта вырывается пар. С каждым новым днем столбик термометра все ниже. В коридорах начинают разжигать костры. Закрываются сады и школы.

Из блока уходят прочь первые беженцы. Но куда? Сектор вокруг заброшен, никто не знает где искать других людей. Вскоре немногие выжившие возвращаются обратно, рассказывая о чудовищных самосборах, бушующих за главными гермоворотами Сверхфабрики-17 и темных этажах, полных хищных аберраций и ядовитой слизи.

Проходит еще два семисменка. Остывает часть паропроводов – встают заводы. В блоке начинается паника. Звучат призывы к бунту. Автоматоны-ликвидаторы начинают перекрывать коридоры. И только убийца продолжает свои расправы над фабрикантами. Теперь он делает это каждую смену.

Несмотря на все происходящее в блоке, ты продолжаешь работать над этим делом. Сидя в промерзшей ячейке, подбрасывая в камин ненужные бумаги, ты читаешь материалы расследования, пытаясь предугадать, где убийца нанесет свой следующий удар.

Проходят часы, одна за другой пустеют кружки с кофейным концентратом, черномахорочный дым под потолком становится гуще тумана самосбора, но разгадка так же далека, как и раньше. Да еще и эта проклятая пуговица со звездой не выходит из твоей головы… Звезда! Внезапная догадка заставляет тебя вскочить. Бросившись к столу ты расстилаешь на нем карту Сверхфабрики-17 и, схватив красный химический карандаш, начинаешь спешно отмечать места убийств. Первое убийство: Красноплесеньский бульвар, ячейка 418-бис. Второе: Коридор имени промышленной революции, ячейка 10. Третье: Тридцать седьмой пролет Инженерной лестницы, ячейка 199. Четвертое, пятое, шестое, седьмое… Карандаш скользит по карте, оставляя за собой жирный кроваво-красный след. Поверх схемы блока возникает гигантская пятиконечная звезда. На твоем лбу выступает пот: фигура почти завершена, и сейчас на ней не хватает всего одной точки, которой должен заканчиваться последний из пяти лучей.

Ты смотришь адрес: Проспект светлого будущего 299. Ты сверяешься со справочником. Все сходится: именно по этому адресу проживает преуспевающий владелец бетонообогатительного завода Герман Фабриканович Драфт.

Не теряя времени, ты набираешь номер главного инспектора, однако его нет на месте. Из трубки слышится усталый голос секретаря, поясняющий, что в районе топливных складов вспыхнул вооруженный бунт и все сотрудники сейчас находятся там.

Ты кладешь трубку. Что ж, похоже, придется рассчитывать лишь на себя, впрочем, тебе не привыкать. Сунув за пояс верный «Вальтер-Скотт» сорок пятого калибра и отправив в карман тяжелый свинцовый кастет, ты гасишь камин и выходишь в обледеневший коридор.

Вокруг тебя холод и мрак: лампы под потолком коридоров почти не светят. Вокруг тебя изморозь и лед: полопавшиеся, обросшие длинными сосульками трубы заковали полы в темный скользкий панцирь.

Подсвечивая себе путь фонарем, ты идешь в сторону нужного проспекта. Луч света вырывает из тьмы брошенные дрезины и громоздкие фигуры тяжелых автоматонов-ликвидаторов, дежурящих на перекрестках. Людей вокруг почти нет. Лишь изредка путь тебе преграждают патрули карабинеров. С ними не возникает проблем: увидев твой жетон, они пропускают тебя дальше.

Путь занимает почти целый час. Наконец ты оказываешься на Проспекте светлого будущего. В этом месте живут самые респектабельные жители Сверхфабрики-17, а потому с потолка здесь до сих пор ярко светят лампы и даже стоящие у стен лавочки все еще не пущены на дрова.