Изменить размер шрифта - +

Вся твоя кожа – один узор из синих звезд, вытатуированных на ней. На белоснежном кителе – орден В. Ы. Желенина высшей степени за номером ГП-3. На плечах погоны майор-полковника.

Казалось бы, антибугурт.

Через семисменок тебя вызывают в штаб полка и сообщают, что ситуация в блоке ГВ-88-Ц очень напряженная. Посланная туда эскадрилья хрущепланов не справляется. Время испытать хрущелет. На винтовой тяге.

Алая дверь

 

Ты Иван Дотошкин – самый дотошный разработчик ГОСТов во всем Гигахруще.

Сегодня наступает твоя очередная рабочая смена:

С легкостью просыпаешься от мелодичного звона будильника, сделанного по ГОСТ – 134-ГОР-Н.

Тщательно чистишь зубы пастой, сделанной по ГОСТ 97у-л11бк-А.

С аппетитом завтракаешь концентратом, сделанным по ГОСТ ДШР-Е221-К, запивая его дефицитным борщевичным напитком, сделанным по ГОСТ к04-ФЕ-43к.

Насвистывая, запираешь герму третьего класса защиты, сделанную по ГОСТ ДВР-ГГХР-3.

Легкой походкой входишь в лифт, сделанный по ГОСТ ЛФТ-ГГХР-1.

С ни на минуту не исчезающей с лица улыбкой уносишься вверх, на работу. Счастье, переполняющее тебя, легко объяснимо – ведь сегодня у тебя ожидается повышение! Если до этого ты только переписывал чужие ГОСТы, то сегодня тебе наконец поручат сделать ГОСТ с нуля!

Довольно урча от открывающихся карьерных перспектив, минуешь проходную НИИ Гигахрущстандарт.

Когда ты входишь в кабинет, на столе, сделанном по ГОСТ 100-Л-обч-Н, уже лежит пришедшая по пневмопочте капсула. Ощущая всю важность момента, ты ломаешь семь закрывающих ее алых сургучных печатей. Веет холодом. Из капсулы поднимается странный, чуть фиолетоватый дымок, но ты, не обращая на это внимания, уже достаешь лежащий внутри приказ за подписью Скабабова «О создании Иваном Дотошкиным ГОСТа на новые гражданские гермодвери, шестого класса дымогазозащищенности, металлические».

Холод в кабинете усиливается. Ты понимаешь, что он идет от написанных в приказе слов. Этот странный холод медленно ползет по твоей коже, проникая в кровь. Холод достигает сердца, а затем вместе с кровью попадает в мозг.

Череп взрывается болью. Ты с ужасом хватаешься за голову – жуткое озарение наполняет твой разум. Боже-чернобоже! Ведь ты Иван Дотошкин, самый дотошный сотрудник НИИ Гигахрущстандарт, и при этом ты за все десять лет работы так ни разу и не задумался о том, а что вообще такое ГОСТ?

Ошеломленный, ты задаешь этот вопрос своим коллегам, но те лишь удивленно молчат. В конце концов кто-то мямлит, что ГОСТ – это вроде государственный стандарт, но какие, к богу-чернобогу, могут быть государственные стандарты в Гигахруще, где государства нет и никогда не было?

Наконец даже твой начальник, почесав плешь, признается, что никогда не думал о том, как расшифровывается эта аббревиатура.

Смена заканчивается, но ты продолжаешь сидеть на работе, листая справочник за справочником. Мучительный вопрос не покидает тебя. А как же иначе? Ведь ты Иван Дотошкин, самый дотошный сотрудник Гигахрущстандарта, а значит, ты обязан знать все!

На следующую смену, выпив этанола для храбрости, ты идешь на прием прямо к начальнику Гигахрущстандарта товарищу Б. С. Скабабову.

Тот принимает тебя в своем кабинете. Сидя за огромным пятиугольным столом неопределенно бурого цвета, он внимательно выслушивает твой вопрос. Затем смотрит на титанически огромную, алую, словно кровь, гермодверь за своей спиной.

Покачав головой, гостописец вздыхает и говорит, что пока ты еще недостоин узнать ответ. Ты пытаешься спорить, но вызванные охранники выпроваживают тебя прочь.

Работать в ту смену у тебя не получается. Ты все листаешь технические справочники. Увы. Нигде ты не можешь найти расшифровку.

В конце концов ты отчаиваешься настолько, что задаешь этот вопрос даже семилетней Леночке Скабабовой, которую папа, как и обычно, привел с собой на работу.

Быстрый переход