|
— Интересно, — заметил другой. — Он — крепкий парень, — проговорил кто-то. Я стер кровь с головы и стоял покачиваясь. Мужчина в паланкине указал на меня стеклом на перламутровой палочке. Один из тех двоих носильщиков снова приблизился ко мне, сжав огромные кулаки, похожие на молоты. — Когда я ударю тебя еще раз, — сказал он, — не вставай. Этого будет достаточно для хозяев. Я вдохнул воздух, в то время как он ринулся на меня. Я старался защищаться. Левым кулаком он ударил меня в живот, и я согнулся пополам. Затем правым кулаком он ударил меня в левую половину лица. Я растянулся на дорожке, потеряв равновесие, поскользнувшись на камнях, и теперь наполовину лежал, наполовину стоял на коленях. Носильщик повернулся ко мне спиной. — Посмотрите, — воскликнул кто-то, — он снова на ногах! Я стоял покачиваясь. Носильщик Гранус удивленно повернулся ко мне лицом и переглянулся с другим носильщиком. — Беги, — сказал мне слуга с хлыстом, который стоял ближе ко мне. — Беги! Я видел, что путь к отступлению открыт. — Нет, — проговорил я. — Нет. — Это бой! — возбужденно воскликнул кто-то. И снова человек, сидящий в паланкине, сильно удивленный, жестом своего стекла на перламутровой палочке указал в мою сторону. И снова огромный раб ринулся на меня и дважды сильно ударил. Я отступил назад, а затем схватил его и сжал, стараясь не дать ему возможности наносить такие удары. Я слышал, как он захрипел. Мои руки крепко сжимали его. Я начал валить его назад. И испачкал его своей кровью, пролившейся на мою тунику. — Нет… — прохрипел он. Внезапно я понял, что он испугался. Я продолжал валить его назад. Потом вдруг в ужасе понял, что мог бы сделать с ним. — Прекратите! — закричал человек с хлыстом. Я отбросил раба, и он упал. Его спина не была сломана. Я ничего не знал о драках, но обнаружил — и это напугало меня, — что во мне есть сила, которой я раньше не ощущал. Мне вспомнилось, как я поднимал скамейку в своей клетке в доме Андроникаса. Упражнения и физические тренировки, к которым принуждали меня там, сделали свое дело, хотя я и не думал об этом. — Ты — боевой раб? — спросил кто-то. — Нет, — ответил я. Человек с хлыстом посмотрел на мужчину, сидящего в паланкине. — Любопытно, — сказал мужчина в паланкине. — Этого достаточно? — задал вопрос человек с кнутом. — Да, — ответил тот, в паланкине. Я внезапно понял, что он не хочет рисковать рабом. Мужчина в паланкине снова подал знак стеклом на перламутровой палочке, и носильщики заняли свои места. Человек с хлыстом присоединился к слугам, стоящим за паланкином. Через мгновение два паланкина в сопровождении эскортов тронулись в путь. Я, окровавленный, шатающийся, остался стоять на улице. Толпа рассеялась. Внезапно для самого себя я кинулся вслед уходящему паланкину, к которому вместе с другими красавицами была прикована та изящная темноволосая девушка. Незамеченный слугами и сидящим в паланкине мужчиной, я проскользнул следом за белокурой рабыней в правую цепочку прикованных женщин. Именно эта блондинка говорила мне, что раньше была свободной. Мои руки схватили блондинку за шею. Девушка задохнулась от страха. |
