Изменить размер шрифта - +
 — Это великолепный шелковый раб. Правда, он не слишком тренирован, но кто из вас не смог бы выучить его как следует? Он с планеты Земля и притом — полностью ручной.
   Но из толпы не последовало никаких предложений. Леди Тендрайт повернулась ко мне.
   — Сними верхнюю часть белья, ту, что закрывает грудь, — приказала она.
   Я взглянул на нее.
   — Быстро!
   Сняв белую хлопчатобумажную футболку через голову, я зажал ее в руке. В горианском языке нет слова, чтобы обозначить такую одежду. Английское название, очевидно, было незнакомо леди Тендрайт.
   Некоторые женщины в амфитеатре засмеялись, увидев, как быстро я повиновался леди Тендрайт. Теперь они рассматривали меня с проснувшимся интересом, хотя и с опаской.
   Я стоял очень прямо. Мне был приятен их интерес. Также было очень приятно чувствовать, что часть женщин рассматривают меня со значительной настороженностью. Я — высокий и сильный. Они не уверены, что я был полностью приручен.
   Чувства женщины по отношению к мужчине, который еще не вполне ручной, противоречивы. Она боится его и в то же время находит интригующим. Она воображает, каково бы было оказаться в его власти, в его руках. Что, если он на самом деле окажется не ручным? Как тогда он станет с ней обходиться? Что с ней произойдет? Не станет ли она в этом случае его рабыней по закону природы?
   Но также я испытывал и тревогу, потому что, глядя на ярусы, понимал: одна из этих женщин может купить меня и тогда я вынужден буду подчиняться и принадлежать ей полностью. Она сможет делать со мной, что пожелает.
   Меня разглядывали с откровенностью, нескрываемым любопытством и чувственными размышлениями, которых я никогда бы не мог ожидать от женщин Земли. Изучали откровенно, как сексуальный объект, возможное средство удовлетворения их побуждений и нужд. Горианские женщины, не приученные стыдиться своих инстинктов, не воспитанные в предательском подавлении своей природы, имеют обыкновение разглядывать мужчин, которых они находят привлекательными, внимательно и с удовольствием. Утаивание своих чувств, особенно в отношении рабов-мужчин, является хитростью, нечасто применяемой горианскими женщинами. Такая хитрость кажется им не только недостойной, но и почти бессмысленной. Мужчина-раб, видите ли, почти животное. Соответственно, и оценивать его следует как таковое.
   Леди Тендрайт приблизилась ко мне и протянула руку. Я отдал ей снятую футболку, она пошла к плошке с огнем и бросила ее туда. Я увидел, как загорелась ткань. Леди Тендрайт обратилась к толпе:
   — Заметьте ширину его грудной клетки и ширину плеч, узость талии, плоскость живота!
   — Один и пять! — крикнула какая-то женщина. — Я смогу использовать его в схватках на конюшнях.
   Я не знал, о чем она говорит. Но цену, однако, понял: один серебряный тарск и пять медных.
   — Схватки на конюшнях? — рассмеялась леди Тендрайт. — Конечно, вы шутите?
   — Вы уверены, что он приручен? — задала вопрос одна из женщин.
   — Вы заметили, с какой послушностью он снял одежду но моей команде, — ответила леди Тендрайт. — Теперь вы видите, что он стоит на сцене без стражников.
   — Опусти голову, — прошептала мне леди Тайма.
   Я выполнил приказ.
   — Смотрите на него, — продолжала леди Тендрайт. — Боязливый раб, готовый выполнять ваши команды.
   — Один и шесть, — крикнула другая женщина.
   Леди Тендрайт злобно обернулась ко мне.
Быстрый переход