Децебал в этот момент поднимал своих людей в гладиаторских казармах…

Помпеи.

Гнев богов.

Многие в тот день стали жертвами собственной беспечности и легкомыслия. При первых же признаках грозного природного катаклизма нужно было срочно бежать из города. Но некоторые патриции и всадники погрязли в отвратительных оргиях и не желали от них отрываться, даже когда мраморные полы роскошных дворцов и вилл заходили ходуном у них под ногами.

Геракланум, первым подвергшийся удару стихии, погиб. Охваченные ужасом жители вскакивали со своих постелей и не могли понять, что происходит! Огненные потоки лавы сошли на город и уничтожали все на своем пути.

Но многие жители Помпеи видя все это, не пожелали бежать! И даже несмотря на потоки беженцев на улицах эти беспечные люди, опьяненные винными парами насмехались на теми кто спешил уйти, бросив все!

– Куда бежите, трусы? Чего испугались?

– Гора далеко от нас!

– Помпеи не постигнет участь селений, что стояли у самого подножия Везувия!

Находились даже такие, кто открыто насмехался над богами! Кое-кто заявлял, что боги не больше чем простые суеверия и реально они не существуют!

Пьяные богачи потерявшие от вина и разврата остатки разума верили в какое-то чудо. Они решили, что потоки огненной лавы каким-то образом пройдут мимо них…

У Стабиевых ворот.

Беженцы.

Юлия была совсем не из таких богачей. Она страстно хотела жить и отыскать Децебала.

Она со своей служанкой выбралась из города через Стабиевы ворота, и смешались с толпой беженцев. Горожане, потрясенные случившимся, с опаской смотрели на разыгравшуюся стихию. Городок Геракланум погиб! И некоторые помпеянцы видели издалека, как волны раскаленной лавы накрывали его.

– Я едва успел спастись, – говорил старый обожженный раб из Геракланума. – Мой хозяин отослал меня с поручением на другой конец города. И только это спасло меня. На моих глазах прямо под моими ногами отворилось чрево земли, и образовалась громадная трещина. Клянусь Зевсом, что я не вру!

– И что там было? Неужели мрак Аида? – стали спрашивать его.

– Я видел там страшных чудовищ, что тянули ко мне свои безобразные руки и морды.

– А может ты видел самого Кербера? Ведь у него три головы!

– Может и так. Я был не в силах долго смотреть на то, что было там. Я бросился бежать от провала, и земля дрожала под моими ногами. Чудом не утонул я в огненной реке. Но говорю вам – я чувствовал исходящий от неё жар! А мой хозяин утверждал, что никаких богов нет! Вот и поплатился за неверие!

– Боги карают мерзких эпикурейцев! – всхлипнула женщина, державшая на руках ребенка. – Эпикурейев и других святотатцев! Но почему мы должны гибнуть вместе с ними? Я постоянно приносила жертвы Юпитеру, Нептуну, Венере! Не забывала также и Кибелу и Исиду!

– И я также!

– Нужно было убивать тех, кто не почитает богов! Вот все и было бы хорошо! А так мы навлекли на наши города их гнев!

Юлия не стала больше слушать безумного раба и отошла в сторону.

– Госпожа, – обратилась к ней служанка. – Помпеи гибнут. Там больше никого не осталось в живых.

– Я сама это прекрасно вижу. Все кто не покинул город – мертвы. Ни Геракланума, ни Помпей больше нет. У нас нет больше дома и большей части имущества. Только мои драгоценности со мной и кое-какие деньги. Последнее что осталось.

– Как и все жители города, госпожа. Да и имущество принадлежало твоему мужу Гаю Сильвию. Так что не стоит о нем жалеть.

– Но меня совсем не волнуют деньги. Я с теми ценностями, что у нас с собой, остаюсь богатой женщиной. Меня волнует, где Децебал? Жив ли он?

– Скорее всего жив.