– И вы не сумели перебить их? – возмутился центурион Друз.

– Гладиаторы тебе не рабы, центурион. Они умеют сражаться. Вы сами их этому научили, на свою голову.

– А где сам Родан?

– Он поспешил со своей конницей к конюшням Аэция Флака. Целая орда беглых рабов может захватить их. По пути мы встречали множество подозрительных толп кроме большого отряда гладиаторов. И даже дважды вступали в схватку с ними. Я лично уложил, не менее десяти человек. Мой меч заржавел от их крови. Но нам не удалось разбить их отряды полностью, и большинство рабов сумело уйти. Родан не хочет, чтобы они соединились с гладиаторами.

– Пусть берегут нас боги! – римский центурион поднял обе руки к небу. – Что твориться? Целые города погибли под пеплом и огненной раскаленной лавой. Рабы взбунтовались, и стали хуже зверей! Что твориться? Мир гибнет!

– Не погибнет, если будет на то воля бессмертных!

***

Децебал понял из разговора, что Сармату захватить лошадей пока не удалось. Отряд из 200 гладиаторов это очевидно отряд Келада-фракийца.

– Нужно найти Клада. И найти срочно! Боюсь, он самостоятельно натворит дел, – проговорил вполголоса Децебал своему другу.

– Легко сказать – найти. Но вот где? Из слов этого всадника понятно, что наши не пошли на виллу Феликса.

– Я вот только не понимаю почему?

– Не понимаешь? А ты посмотри на Везувий и все поймешь! Уже много часов страшные силы вырываются из-под земли на свободу! Все боятся! До восстания ли им теперь?

– Не все испугались бы, Кирн. Не все! Пусть даже большинство бросит борьбу и поддастся страху, но не все! Все не могут предать!

В этот момент земля задрожала под ногами беженцев с новой силой. Кромка её трескалась как скорлупа ореха. Люди страшно завыли и многие стали призывать богов.

– Конец мира наступает! – заголосил старик, что упал на землю прямо перед гладиаторами.

– Юпитер-Громовержец помилуй нас!

– Уговори своего брата Плутона пощадить землю!

Лошади конного отряда стали метаться из стороны в строну, напуганные подземными толчками. Всадники тщетно пытались их успокоить. Черные тучи пепла закрывали небо. Толпа обезумела и многие рванулись бежать, не выбирая направления.

– Децебал, похоже, наше восстание не понадобится! – прорычал грек. – Исполнилась чаша гнева!

– Но гнев этот направлен совсем не на нас с тобой, Кирн! Этот гнев испепелит наших врагов.

– Конец мира!

– Конец? Нет, Кирн. Совсем не конец. Я не верю, что мир гибнет. И это не уничтожит римской империи. Погибнут всего только несколько городков вроде Геракланума и Помпей. Но боюсь это конец нашему восстанию…

Отряд Сармата.

Децебал оказался прав. Извержение Везувия, поначалу воспринятое повстанцами с небывалым энтузиазмом, вскоре породило в темных и затравленных людях, только сломавших рабские ошейники, страх перед неведомыми силами.

Сармат так и не сумел завладеть лошадьми. Подземные толчки разрушили конюшни Аэция Флака, и лошади разбежались.

Скилий увидев разбитые и пустые конюшни пал духом.

– Все, Сармат! Наше восстание кончено.

– Погоди унывать, старик. Ничего еще не кончено.

– Тучи пепла застилают небо. День превратился в ночь. Все гибнет от ударов поземных богов. Смотри на Везувий! Он продолжает извергать огонь. А огонь подземного царства бесконечен!

– Тихо! Не стоит так орать, старина. Ты распугаешь мне всех бойцов.