Ее голова...

«Головы», — подумал он.

Вспомнилось само собой: завтра похороны Дуэйна Паркера. Самая причудливая смерть, которую когда-либо видел его маленький городок.

Он знал о слухах. Парамедики не умели держать рот на замке, да и работники окружного морга те еще трепачи.

«Не могу их винить. Как можно увидеть такое и никому не рассказать?» — размышлял шериф.

По крайней мере, все это осталось слухами, и Саттер надеялся, что они исчезнут, как только прах Дуэйна развеют по ветру. Даже без головы (которую до сих пор не нашли) не было сомнений, чей труп обнаружили в лесу. Татуировки, одежда, документы в кошельке подтверждали, что это был Дуэйн. А через два дня подтвердились и отпечатки пальцев — они тоже принадлежали Дуэйну Паркеру. В свидетельстве о смерти было написано:

Аномальная смерть. Причина: обезглавливание посредством гладкого поперечного сечения мышцы, поднимающей лопатку и шейные позвонки № 5 и № 6. Способ обезглавливания на данный момент не определен и странен.

Сухие термины не передавали реальной картины. Саттер был одним из немногих «счастливчиков», которые видели тело. Замечание коронера: «Не определен и странен» — было преуменьшением. Шериф в жизни не видел ничего настолько же странного и необъяснимого.

Он не мог забыть, как выглядело тело, когда дежурный открыл сумку.

Иисусе.

Казалось, что голову не отрезали, а она просто исчезла. Вместе с шеей. Ни разреза, ни обрубка. Кожа Дуэйна Паркера равномерно покрывала пространство между ключицами, как будто после обезглавливания рана просто заросла, не оставив после себя шрама.

Саттер вздохнул. Аппетит пропал. Он убрал торт обратно в холодильник.

«Чертов Дуэйн, — подумал он, стараясь избавиться от видения, пока возвращался в спальню. — Выглядело так, будто у него головы отродясь не было!»

 4

Часть первая

Когда Патриция открыла глаза, воздух в спальне мерцал от миллиардов пылинок, плясавших в свете утреннего солнца. Ей было тепло, и она чувствовала себя отдохнувшей и готовой к предстоящему дню, несмотря на обстоятельства.

«Похороны», — подумала она. Еще вчера они пугали, но, может быть, дело было совсем не в похоронах? Возможно, дело было в возвращении в Аган-Пойнт и ожиданиях, которые пока не оправдывались?

«Я прекрасно себя чувствую, — поняла она, спрыгнула с кровати и посмотрела в зеркало. — И выгляжу отлично».

Ее кожа светилась, как и яркие, полные жизни глаза. Обнаженное тело никогда не выглядело лучше: полная упругая грудь, четкая линия талии. Ни одного намека на возраст.

«А еще я хочу есть, — напомнила она себе. Ароматы кофе и бекона разносились по дому. Она быстро накинула халат на плечи и бросилась в сторону душевой. Полотенца, как и всегда, хранились в шкафу для постельного белья. Схватив одно из них, Патриция не глядя открыла дверь в ванную комнату.

Эрни уставился на нее, одетый лишь в голубые джинсы. Из его рта торчала зубная щетка. Глаза превратились в две монеты, по телу прошла заметная дрожь.

— Господи, Патриция, — пробормотал он, его рот был полон зубной пасты.

Патриция замерла, несколько раз моргнула, и тут ее настигло осознание.

«Боже, да я почти голая!» — ужаснулась она.

Меньше чем за секунду Патриция поняла, что халат едва прикрывает ее прелести, а значит, Эрни может любоваться ею во всей красе. Лицо Патриции стало красным под стать волосам. Смутившись, она завернулась в халат и побежала обратно в комнату.

Захлопнув за собой дверь, Патриция прижалась к ней, переводя дыхание.

«Что, во имя Бога, со мной не так! Один ветер в голове!» — возмущалась она.