— Что произошло с женщиной?

Саккетто так и не посмотрел ему в глаза.

— Она восстала, несомненно. Она поднялась, и на один безумный миг мы решили, что она все еще была жива, понимаешь? Что та все-таки не умерла, и мы ошиблись. — Он издал короткий, отвратительный смешок. — Она укусила одного из мужчин, который наклонился вперед, пытаясь поговорить с ней, дотянуться до нее… а та вытянула вперед шею и укусила его. Тогда мы все поняли.

— И что вы сделали?

— То, что должны были. — Он медленно вернулся к столу и присел. — Оружие все еще было при нас. Палки, камни, пустые пистолеты. Мы…

Он не произнес слова вслух, но Бенни этого и не требовалось. Они просто сидели рядом какое-то время, слушая, как заводные часы на стене отбирают секунды уходящего дня.

— Ближе к рассвету, — наконец, продолжил художник, — один из мужчин сказал, что намеревается пойти и попробовать прорваться сквозь них, уверяя, что существа снаружи медлительные и тупые. Он был настоящим здоровяком, в свое время играл в футбол в школе и действительно был в хорошей форме. Парень заявил, что собирается прорваться через оцепление и привести помощь. Мы все пытались его отговорить, но не так горячо, как могли бы. Ни у кого не нашлось плана получше. В конце концов, мы все вышли в гостиную и принялись бить в двери и стены, громко крича. Зомби зашаркали к нам со всех сторон. Я не знаю, как много их было. Пятьдесят? Сотня? Когда черный ход был более-менее чист, этот парень вышел через заднюю дверь и понесся как пуля. Он бежал быстро, очень. Я захлопнул дверь и продолжал с пустой надеждой смотреть, как тот сносит зомби прочь и уносится в темноту.

— Что с ним стало потом?

— А как ты думаешь? — огрызнулся Саккетто, затем произнес уже мягче. — Некуда было бежать. Мы больше его не видели.

— Ох.

— Прошел почти целый день, когда еще один парень, чуть меньше, решил повторить это. Раньше он управлял кафе «Старбакс» в Бербанке. Он сделал факел из отломанной ножки стола и нескольких простыней, окунув их в алкоголь. Но бежал недостаточно быстро. А этот миф о том, что зомби бояться огня? Просто глупости. Они не могут ни думать, ни чувствовать, ни бояться. Его окружили. Перед тем, как упасть, парнишка, должно быть, поджег с дюжину мертвецов. Но остальные добрались до него.

Бенни опустил взгляд на карту, лежащую перед ним на столе.

— Ты говорил, что до коттеджа дошли семеро.

— Шесть взрослых, плюс девочка. Восемь с новорожденной. Мать… умерла. Как и парень, которого она успела укусить. И знаешь, что действительно печально? Я так и не узнал их имен. Девочка обращалась к матери только «мама». Мы даже не могли произнести над ними посмертную речь с их именами. Возможно, это не кажется таким уж важным, но это было важно для нас. Для меня.

— Нет, — сказал Бенни, вспоминая, как Том зачитывал заметку Гарольду Симмонсу. — Я понимаю. Это действительно важно.

Саккетто кивнул.

— Итак, нас осталось трое. Я и еще один парень — продавец обуви по имени Джордж — определяли на камень-ножницы-бумага, кто пойдет следующим. Только представь: двое взрослых мужчин играют в детскую игру, пока за окном разворачивается конец света, пытаясь решить, который из них, возможно, выживет, а который отправится на верную смерть. Просто комедия.

— Но это не смешно, — сказал Бенни.

— Нет, — подтвердил художник. — Черт побери, ни капли не смешно. В основном потому, что никто из нас всерьез не верил, что сможет выжить.