— Вопрос дистанцирования.

— Это у вас так называется?

— Да. Ребенок не должен контактировать с Гнильцом, но случаи инфицирования нередки и среди детей — в такой ситуации он не должен знать, что контактировал с ним. Это сложно объяснить. В общем, если ребенок внезапно узнает, что кто-то из его одноклассников был Гнильцом, это крайне… — Маан хотел сказать «негативно», но вовремя понял, что это прозвучало бы казенно, как в инфо-сводке, — плохо скажется на его восприятии Гнили и Гнильцов, когда он вырастет.

Кло не спросила, почему, но знак равенства на ее лбу говорил о том, что разговор не закончен, и Маан покорно продолжил:

— Представь, ты учишься в одном классе с обычным мальчиком, вам лет по… Не знаю, пусть будет десять. Да и какая разница… В общем, и он вдруг оказывается Гнильцом. Что ты почувствуешь?

Он заметил, как на лицо ее легла тень отвращения. Легкая, почти незаметная, сразу пропавшая. Хорошая реакция. В такой ситуации все люди с адекватным психическим развитием испытывают мгновенный приступ легкой, ими самими сознательно не ощущаемой, паники. Потому что машинально представляют описанное. Примеривают к себе, как утверждают психологи. Твой товарищ, знакомый, одноклассник — привычные черты, характер, голос. А под всем этим — Гниль, зловоние, смерть…

Маан не сразу понял, что применил к Кло один из стандартных, разработанных Контролем, полевых тестов на восприятие. И хоть он был совершенно безобидным, рассчитанным на экспресс-оценку психического состояния опрашиваемого, ощутил болезненную неловкость.

— Испугаюсь, — сказала она.

— Это само собой. Но будет еще что-то. Ты ведь не видела, как он превращается в гниющего заживо сумасшедшего, способного впиться в горло или отгрызть тебе пальцы. Ты знала его как милого доброго мальчика, который ни разу не проявил себя с плохой стороны. На самом деле, Гниль в нем просто не успела окончательно превратить его в хищное нерассуждающее животное, но дети о таких вещах редко задумываются… Поэтому тебе кажется, что тот, кого почему-то вдруг назвали Гнильцом и увезли на бронированной машине Контроля, вовсе не такой страшный и омерзительный, как пишут в газетах и показывают по теле. Ты начинаешь думать, что взрослые преувеличивают опасность, как они делают всегда и во всем. Ведь взрослые просто любят запугать, когда им не хочется чтобы ты что-то делала. Вот они и выдумали сказку про Гнильцов, а на самом деле…

— Хватит, — Кло сжала его пальцы, — Я поняла.

— Дети утрачивают доверие к нашей информации. И могут вырасти, сохранив полностью неправильное впечатление о Гнильцах, с неадекватным уровнем восприятия опасности. Представляешь, чем это может быть чревато, когда они вырастут?..

— Даже думать об этом не хочу, — выдохнула она, уткнувшись лицом ему в плечо. Сквозь ткань халата он почувствовал тепло ее дыхания, — Ты иногда такие ужасы рассказываешь, что мне потом трудно заснуть.

Маан обнял ее второй рукой и притянул поближе. Запах ее волос был не просто ароматом, сейчас он стал их общим запахом. Терпким, сладким, беспокойным. Древним, как сам человек.

— А кто сказал, что тебе так уж обязательно сразу засыпать? — прошептал он ей на ухо.

Кло негромко рассмеялась, подставляя ему свою шею.

— Как странно, и я тоже как раз сейчас подумала об этом…

ГЛАВА 4

На службу Маан прибыл с получасовым опозданием. Для обычного работника Контроля, даже с классом выше тридцатого, немыслимое святотатство. Но отныне у него был особый статус, отчасти даже выше того, что предоставляла социальная карта.