— Он был в оперативном резерве, если он хочет прибавки за счастье, пусть обратится в бухгалтерию, — Маан чувствовал, что входит в рабочее настроение. Точно давление внутри и снаружи выровнялось, — Что там?

Мвези заворочался в кресле, слишком маленьком для его громоздкого тучного тела.

— «Двойка», шеф.

— Хорошо для начала. Кажется, ты не торопишься осчастливить меня подробностями.

— Ничего особенного, — невозмутимый Мвези, вечно выглядящий сонным, пожевал толстыми губами, — Хольд разобрался на месте. Какой-то инженер, кажется. Вторая стадия. Сообщила его жена, ей показалось странным, что у него внезапно улучшилось зрение.

— Как интересно.

— Пропала близорукость. Он всегда носил очки, а тут вдруг она заметила, что он отлично видит и без них. Ни линз, ни операции, ничего. Просто стал хорошо видеть. И не торопился ей об этом рассказать.

— Скажи уж как дело было! — подал голос Тай-йин, сдерживая смех, — Думаю, ему понравится.

— Я передал сводку.

— Мвези, — Маан заставил себя быть строгим, — Мне тоже отчего-то показалось, что это была не полная информация. Я ведь все равно прочту твои писульки, прежде чем идти к Мунну. И лучше, если я буду знать все заранее. Ты тоже так думаешь?

Судя по лицу Мвези, он так не думал, но перечить не мог. Неохотно взяв какой-то исписанный листок, забубнил:

— Жена… ага… Сорок шестой класс. Адрес… Ну вот. У нее на теле было родимое пятно.

— Боже, причем здесь ее пятно?

— Слушайте, Маан! — Тай-йин поднял палец, — Слушайте!

— Родимое пятно… в области… кхм, — Мвези смутился, зашуршал листом, — В общем, на груди.

— Я надеюсь, ты отправил Хольда не обследовать ее грудь, в таком случае мне придется хлопотать перед Мунном чтобы ему выдали дополнительную ставку за совмещение работы.

Мвези окончательно смутился. Иногда Маан думал, что у его предков, обитавших где-то в экваториальной Африке на Земле, наверняка были своеобразные табу, мешавшие им откровенно обсуждать некоторые вещи. Если и так, сам Мвези как служащий Контроля, прав на подобные слабости не имел. Маану пришлось надавить:

— Я все еще не услышал про это проклятое пятно. Что там с ее грудью?

— Пятно на груди, шеф. А Гнилец этот был близорук всегда. Ну и это…

— Когда они занимались этим, — Тай-йин похлопал в ладоши, — он всегда снимал очки. И не замечал пятна. Понимаешь? А тут вдруг заметил. И удивился.

— Вы смеетесь оба?

Тай-йин состроил преувеличенно-серьезную гримасу.

— Как можно, шеф? Все записано в отчете Хольда.

— Я надеюсь, хотя бы свои личные впечатления от осмотра этой… как ее… Мвези, заканчивай. Что дальше было?

— Ну что… Она позвонила.

— До секса или после? — встрял Тай-йин, ухмыляясь.

— Во время! — буркнул недовольный Мвези, — Она позвонила и сообщила о подозрении на Гниль. Четыре пятьдесят восемь утра. Хольд прибыл на место в пять шестнадцать.

— И завалился с удостоверением и стволом наперевес к ним в дом? Проверять грудь? Представился, надо думать, уполномоченным инспектором Ночной Комиссии по… груди?

— Оперативным дежурным маммологом Специального Центра по Изучению Груди, шеф, — Тай-йин шутливо отдал честь, — С неограниченными полномочиями.

— Не паясничай. Мвези!

— Он представился работником социальной службы.