— Хорошо, барон. Я согласна быть вам женой, но только без этих ваших вампирских штучек. Пишите у нотариуса брачный договор.

Вот подписали. Всё путём: если Дракула сожрёт Медузу, то выплатит маме такую неустойку! Ни крови пить не разрешается, ни разводиться. А сама Медуза обязалась муженьку родить детей не менее трёх штук. На том ударили жених с невестой по рукам и прямиком в Карпаты.

Жильё у Дракулы богатое, комнаты большие. Вот раз собрался он поехать на охоту, а жене своей и говорит:

— Медуза, помни, я жрать тебя не должен. Не шляйся зря по замку, займись работой. Перебери-ка к моему приходу два мешка пшеницы с гречей. Вымой все кастрюли и постирай гардины. И смотри, Медуза, не лезь без спросу вот в эту комнату. А то кердык тебе.

И ушёл с мужиками на охоту. Там у них бабы, выпивка, гулянка.

— Ну ни фига себе! — сказала тут Медуза. Пошла и отперла дверь. Открыла, а там детская!

— Ну, блин, придумал идиот подарок! Не мог так просто взять да и сказать!

Пошла с досады, да и ботнула ногой по колыбельке. Та сразу — хрясь! — и развалилась! Медуза запинала обломки под кровать и побежала смотреть новый русский сериал.

Мужик приходит. Крупа не разобратая, на кухне грязь, пожрать не сварено. Идёт к ней в будуар, она ему:

— Не буду седни делать я с тобой дитёв!

Ах, блин! Взвыл Дракула, хотел ей сразу оторвать башку. А она ему контрактик в нос суёт: накось, выкуси, подонок!

Он ей ревёт:

— Медуза, в комнату ходила?!

— Ходила, мать твою! И больше не пойду!

Вот это зря. Не надо так-то мужика сердить. Короче, встало солнце, а Медуза прикована наручниками к колыбельке. Не к этой, а к другой, чугунной. Ну, в общем, поняла бедняжка баронесса, как она и две её сестрицы попались в лапы сексуальному маньяку. Подонок был одержим идеей размножения. Он хотел иметь потомков. Ну не скотина разве? С такой-то родословной!

Все, оказалось, в Карпатах этих про эту Дракулу всё знали. На охоту там, в трактире выпить пива — пожалуйста. А чтоб до свадьбы дело доходило, это всё — ни-ни! Вот и шастал, бедный, по заграницам, отыскивал молодых и бедных дур. Он их, почитай, сожрал уже с полсотни. Священник уж и венчать его устал. Живи, говорит, как грешник, во грехе!

Ну вот, а через год у баронессы родился малютка. Нет, всё-таки, таких, как Дракула, кастрировать бы надо. Дурные гены — это преступленье! Как повитуха приняла младенца, так в обморок упала. Барон по-быстрому её похавал, чтобы никому не рассказала ничего. А сам, довольный, несёт ребёнка баронессе. Медуза глянула, и волосы у неё все встали дыбом.

— Ты что ж, маньяк карпатский, мне не сказал, что у тебя такие предки?!

Первым ребёночком Медузы была левретка Гидра. Сначала бегала по переходам, закусала насмерть восемь слуг. Потом пришли приставы и сказали:

— Слушай, Дракула, мы, конечно, тоже понимаем. Отцовские чувства и всё такое. Но просим тебя миром, спрячь подальше свою чёртову левретку!

Барон подумал и отослал её в болота к дяде.

Вторым ребёночком родился Немецкий Лев — такая образина с железной шкурой. Его тоже долго не терпели и сказали барону:

— Прячь свою зверюгу куда подальше, пока мы все не рассердились.

У Медузы ещё от того ребёнка причёска оставалась не в порядке. А тут она как увидала, чего муж прячет в той чугунной люльке, так у неё от злости на каждой пряди образовалось по змее. И вот ведь гадство! Никто её не пожалел! И все в округе говорили: типа, муж и жена — одна сатана. Жестокие же люди!

Ну, Дракула и сам уж видит, что второй ребёночек ещё хужее первого. Он его тайком отправил куда-то далеко в железной клетке и тихонько выпустил там погулять по огородам.