— Теолог из тебя, мой сын, неважный. Но это не беда. Есть множество других профессий. Смирись и подчинись. Ученику сапожника требуется помощник. Собирайся и прими с благодарностью послание судьбы.

Я был хорошим сыном. Но нельзя же сразу так лишать человека любимого заблуждения! Поэтому я не стал возражать. Собрался и пошёл. Но не к сапожнику, а совсем наоборот. Забрал я из копилки все свои денежные средства, два пенса ровно, и отправился на пристань. Там спрашиваю:

— Где корабли, которые плывут в далёкую страну?

Мне показали старый бот, на нём владелец перевозил в Глодон пищевую соль. Бот много раз переворачивался и засолил весь Ламанчский пролив. Рыбаки ловили сетью солёную селёдку и продавали на базаре, как иваси.

Я не стал зря тратить деньги, забрался в кучу соли и спрятался на боте. Ночами потихоньку выбирался и ловил на хлеб селёдку. Всё было хорошо, пока меня за таким занятием не застукал капитан судёнышка.

— Куда же, малый, ты попёрся в такую гадкую погоду?

— Я, дяденька, хочу идти к туземцам и обращать их в веру.

— Ну, братан, это ты маханул! Кто ж тебя по жизни так обидел, что ты полез в такую авантюру?

Тут мне бы, дураку, молчать, а я давай про папу изгаляться. Такой-де он проповедник знатный, а я весь в него пошёл.

— Хорошо, — сказал мне капитан, — Нам нужно позарезу цивилизовать туземцев. А то товары некуда девать.

И обещал мне высадить меня на острове.

Мы плыли много дней, и тут случилось не иначе чудо. Вот и говорите после этого, что нет судьбы. Корабль выбросило на рифы. Соль вся утекла, капитан от пьянства умер, а мне досталось множество обломков и сундук с добром от пропавшего куда-то юнги.

Я на берег выполз, Господа возблагодарил. Остров такой чудный, кругом зелёные леса и горы. Непуганый животный мир. Другой бы насторожился, а я обрадовался — по моим молитвам мне выпало местечко. Просил я Господа, чтобы он прислал меня туда, где я буду всех умнее. Вот и попал. Остров-то необитаемый!

Ну, делать нечего, надо как-то жить. Зачем-то мне Господь оставил жизнь. Значит, есть и у меня высшая миссия. Построил хижину, научился коз доить. От курева отвык. И решил, что это, в самом деле, Божий перст. Пока меня тут не нашёл никто, попробую учиться искусству проповеди. Буду читать козам, попугаям. Пусть рыбы слушают, пока я их на сковородке жарю. И тут вдруг вспомнил! Матушки мои! Священного Писания у меня с собою нет! А я ну хоть бы стих помнил наизусть!

Я бросился рыдать. Зачем ты, Господи, мне сохранил мою пропащую навеки душу, коли нет у меня не только слушателей, но и Библии?! Пошли мне, Господи, высокий знак, что есть и у меня на свете назначенье!

Тут всё, как у папаши в проповеди. Верите, не верите, а знак явился! Нет, всё же в Провиденье сомневаться очень вредно. Выносит так на бережок юнгин сундучок. Он уж неделю болтался в лагуне, да я на него внимания не обращал. Всё занят был мирским. А тут меня как озарило! Да ведь знак Господень! Истинно вам говорю! Ищущие да обрящут!

Я понял так: сундук — это мне спасение. Сел в него и погрёб по направлению к Глодону. Волна тихонько набежала и меня перевернула. Я говорю:

— Всё понял, Господи. Больше так не буду.

Выбрался на бережок и нашёл выброшенные из сундука ботинки. Это тоже знак: не будь надменным, сапожник тоже человек. Я возрадовался откровенью. Что ни говорите, так меня сегодня вышняя мудрость благословила!

Ботинки мне малы. Это тоже свыше знак. Понимай так: не будет никакой халявы, всё делай сам. Я принял совет и сделал себе недурные лапти. Кстати, так навострился в этом деле! Господь увидел моё усердие и дал мне следующий урок. Я к тому времени уже так наблатыкался толковать Господню волю.