— Всё будет хорошо. — бормотала, спотыкаясь на обломанных каблуках, мисс Могу. — Всё будет хорошо.

— Да будет, будет! — орал Маус, уворачиваясь от очередного газового фонтана. — Только двигайся давай!

— Ты веришь мне, Грандиевский, что всё будет хорошо?! — со слезами на прекрасных голубых глазах шептала Джейн. — Посмотри мне в глаза: ты веришь мне?

— Да верю, верю! — взвыл Маус, угодив ногой в горячую лепёшку. — Греби на выход, а то сейчас накроет!

— Перестань толкаться! — взвизгнула Джейн. — Мы так близки к гибели, что я могу не успеть сказать о своих чувствах!

Потерявший терпение Грандиевский схватил барышню и вскинул её на плечо, удивляясь про себя своей неожиданной силе. Задыхаясь в удушливых испарениях, спотыкаясь о груды консервных банок, он прорывался на выход следом за спасателями — они давно умчались и впереди всех Майлз.

— Мои приборы! — со слезами ярости обрушилась на Грандиевского Джейн, едва они вырвались из каменной норы. — Они все погибли! Ты должен был спасать их, а не меня! Наука прежде всего!

— У кого наука, а у кого работа! — свирепо ответил Маус, чувствуя, как в нём загорается злость. Скотина мэр! Он закачивал кое-какие отходы в старый тоннель вместо того, чтобы перерабатывать это на удобрения!

— Детка, шевели задницей! — с воплем возник рядом проклятый Майлз — он снова пытался взять инициативу в свои руки!

Грандиевский обернулся и увидел, как из тоннеля с рёвом стихии вырвалась лавина вещества и угрожающим языком поплыла прямо к ним.

Майлз ловко заскочил в кабину машины и тут же, подобно стаду быков, взревел мощный мотор.

— Как хочешь, шеф! — проорал он в раскрытую дверь. — Мы удираем!

И рванул с места. Джейн с удивительной быстротой вскочила на подножку и уцепилась за металлическую скобу. Грандиевский тут же прыгнул следом и примостился рядом.

Они мчались под ярким солнцем, стоя на приступке машины, и свежий ветер развевал волосы Джейн. Грандиевский чувствовал сквозь комбинезон как взволнованно она дышит, и светлые пряди её волос метались по его лицу, попадая в глаза и в рот.

— Я чувствую как бьётся твоё сердце. — сказала ему Джейн.

Ребята внутри кабины достали губную гармошку и пели романтические песни про мужественные будни ассенизатора. Под эту песню Маус вдруг осознал, насколько же прекрасна жизнь. Он чувствовал себя героем, в котором нуждаются люди. Это его город и он спасет его.

Этот чёртов мэр

— Ну, сволочь! — с такими словами ворвался Грандиевский в управление. Он был грязен, оборван и вонял.

— Что такое? — оторвавшись от мультфильма "Чип и Дейл", спросил Гнут Ведроу.

— Он затопил тоннель кое-чем — вот что! — гневно ответила входящая следом Джейн.

— Маус, зачем ты это сделал? — спокойно обратился к Грандиевскому шеф.

— Я, что ли это сделал?! — возмутился тот. — Это я годами тайком сливал в заброшенные шахты то-сё из био-туалетов?

— Нет, я спрашиваю, зачем ты туда полез? — ответил шеф.

— Вы не понимаете, — горячо заговорила Джейн. — Город в опасности!

— Я понимаю только то, что мой старый друг и партнёр по гольфу не мог сделать всё то, в чём вы его обвиняете. — твёрдо отвечал Ведроу.

— Пойдём отсюда, Джейн, — горько промолвил Грандиевский.