– Какой огонь?

– Огонь, что согревал более или менее известных солдат, сгоревших в окопах страсти. Жертв Тессы.

– Фред, у меня были непростые выходные и тяжелый понедельник.

– А ты знаешь, что она уже нашла себе нового хахаля?

– Тесса?

– Да. Американцу стоит побеспокоиться. Тем более что уже начался сезон служебных командировок.

– А откуда ты знаешь?

– У меня есть скверная привычка время от времени звонить Тессе. Слушаю ее голос и сразу кладу трубку. Иногда звоню по нескольку раз, пока она не пошлет анонима куда подальше. Мне нравится тембр ее голоса, когда она злится. В последний раз я попался. Она перезвонила тут же, как только я повесил трубку. Напрасно я клялся, что это был не я, она меня обзывала, а потом просто убила. Сказала, что встретила мужика, с которым буквально воспаряет до небес.

– Бедняга!

– Если ты пытаешься меня убедить, что ты выше всего этого, то знай, что играешь ты неважно, мистер Крутой.

– Я не могу помешать тебе верить в то, во что ты хочешь верить.

Да и виски у тебя на том же уровне. Он тоже неважный, Алекс.

После ухода Геджа Брюс почувствовал настоятельную необходимость принять душ. Он долго стоял под очень горячей водой, опершись руками о стену, чувствуя, как струйки сбегают по его плечам. Потом надел белый хлопковый халат и сел на крышку унитаза, чтобы подумать. Придя к выводу, что следует приставить кого‑нибудь следить за Геджем, он вышел из ванной и позвонил Патрику Говену, одному из новичков в бригаде. Дал ему адреса журналиста и Тессы Роббинс и попросил найти человека, чтобы присматривать за Геджем днем и ночью.

Алекс Брюс сел за компьютер и начал рыскать в Интернете в поисках информации о кибернетической революции. Он набрел на сайт, где группа американцев вела дискуссию о том, какими будут сверхреальные миры, где искусство, приключения и секс приобретут масштабы бесконечной сложности и реальности. Дискуссия шла тихо и спокойно до тех пор, пока в игру не вступил новый участник. После этого все испортилось.

–Наше неизбежное будущее– это технотранс‑мутация. Биологическая эволюция утратила свое лидирующее положение. Человеческий род будет эволюционировать по‑прежнему, но это уже не будет иметь ничего общего с генами.

– Вы мечтаете об аннигиляции! Это совершенно дико!

– Эволюция ДНК происходит крайне медленно. Искусственные системы могут эволюционировать в миллионы раз быстрее, чем биологические единицы.

– Эволюционировать в бешеном темпе, но для чего?

– А ты не заметил, что эволюция – процесс неотвратимый? Что ничто не останавливается, и прежде всего– странность нашего мира?

– Вовсе нет, это может остановиться, раз все вы мечтаете о коллективном самоубийстве.

– Вот именно, приятель! Не надо мечтать. Экономика, культура и вера вряд ли спасут человечество или человеческую дущу. А вот технология может обеспечить спасение человеческого разума.

– И что ты будешь делать со своим телом робота? Конец плотской любви?

– Давай поговорим о любви. Это– химический процесс, который сегодня досконально изучен и, следовательно, может быть воспроизведен и улучшен. А лучше поговорим о наслаждении! Получив чувствительную синтетическую кожу, ты сможешь без проблем возноситься к вершинам блаженства в мире, где будет царить безграничное сексуальное воображение. С мужчиной, женщиной, с десятью, двадцатью партнерами или с твоим собственным клоном, ты сможешь получать столько разносторонних оргазмов, сколько захочешь.

Брюс еще немного последил за дискуссией, потом отключился. Он вставил в проигрыватель компакт‑диск группы «Morcheeba» и закурил сигарету. Неизбежное будущее. Он попытался представить себе мир, где каждый человек будет самодостаточным, где не будет никаких разочарований.