|
Терра облегченно вздохнул и вслушался в слова юноши. - А разницу он мне не выплатил. - Какую разницу? - Да ведь я же вам говорю - разница между тем, что нам стоили голоса, и предварительной правительственной сметой. - Какие голоса? - Избирателей, разумеется. Вы, должно быть, не расслышали, что мы с вашим сыном работали избирательными агентами от правительства, - говорил юноша посреди скопища избирателей. Терра немедленно отвел его в сторону. - Мой сын обидел вас? Чего вы требуете за это? Поскорее, - я спешу. - Не расточайте зря своего презрения, господин тайный советник! - сердитый молодой голос, задор стал злобным, и при этом ни намека на стыд. - Я брал грязные деньги от вашего государства, чтобы на них подготовлять революцию. - Которая лучше всего осуществляется с помощью консервативных выборов, - подытожил Терра. - Этого вы еще не понимаете, у нас другая точка зрения. Оставим этот разговор, - не унимался юноша. - Я жажду узнать поколение моего сына. - Случай к тому представится скорее, чем вы думаете, - вставил юноша. - И много среди вас вымогателей? Тут юноша задрожал. Он был бледен как мел и весь дрожал в своей бессильной гордыне. - Вы никогда не знали, что значит стать даже подлецом во имя идеала, - прохрипел он. - Это действительно никогда бы не могло произойти со мной, - подтвердил Терра, расхохотавшись. Но он вгляделся в фигурку, в которой за бедностью чувствовалась претензия на элегантность, и смягчился. - Для большинства главное в жизни - наслаждение, во главу угла у них поставлено удовлетворенное тщеславие. Таков мой сын, который, по-видимому, унаследовал эти качества от меня. У вас, по вашим словам, дело обстоит иначе. Но все-таки вам сперва следует подумать о себе, а потом, если хотите, и об идее. Я попытаюсь устроить вас на место. Это ведь лучше, чем возместить вам деньги, которые мой сын... заработал. Где вы живете? - Ваше предложение мне подходит. - С видом делового человека юноша достал из бумажника карточку, изящно откланялся и удалился твердым шагом. Терра ступил на порог сияющего огнями дома и на смирнскую дорожку. Наверху гостей принимал дворецкий, личность при треуголке и шпаге. Канцлер в первой гостиной пожимал всем руку. К Терра он обратился со словами: "Я обещал вам, что вы будете довольны", - а сам при этом сиял, как и его дом, не хватало духа противоречить ему. Его удача расточала чары, перед ней склонялась титулованная и богатая толпа и даже дипломаты, которые кляли эту самую удачу; притянутый ее чарами, русский посол стоял возле Ланна, и они вместе встречали людской поток. Он катился из желтой, через зеленую в красную гостиную, там находилась дочь рейхсканцлера; из зимнего сада неслись приглушенные звуки струнного оркестра. Оттуда поток заворачивал; буфет был в зале заседаний, позолоченном гигантском помещении в два света. И оно было полно! Ланна широко раскрыл свои двери, даже высшие слои буржуазии получили доступ. Не принятые при дворе промышленные круги могли здесь соприкоснуться с миром узаконенной власти. Их представители расхаживали, принимали кушанья и напитки от лакеев в напудренных париках и собственными ушами слышали, как господа в мундирах задают вопрос, прибудет ли император. Это, как ни странно, было под сомнением. Его величество сказал послу (интересно какому?): "Войны я не потерплю". А вдруг Ланна не возьмет верх в поединке с Россией? Вся ставка была на его врожденное везение, но "слишком много счастья даже непозволительно", - говорили скептики. |
