Она поднялась с места и несколько раз обошла Джосс. Сняв с нее очки, Барбара рассмотрела ее лицо с разных углов зрения. J73

— У вас превосходные черты лица: четкие, чисто вылепленные. Нет, не щурьтесь. Ваши глаза приятного голубого оттенка, с пушистыми густыми ресницами.

— Но без очков я ничего не вижу!

— Позже мы займемся и этим. А сейчас… — Она распустила волосы Джосс, изучая их длину и густоту. — Зачем вы закручиваете такие роскошные волосы в этот нелепый узел?

— Как вы могли заметить, их слишком много. И я просто не хочу, чтобы волосы мне мешали, — сказала Джосс.

Барбара поднесла длинную прядь к окну, чтобы разглядеть ее на свет.

— Цвет немного тусклый. У меня было то же самое, но я вернула волосам блеск с помощью алоэ, лимонный же сок придаст им светлый золотистый оттенок. Поднимитесь, — велела она.

— Что вы хотите?.. — Джосс остолбенела, когда свекровь приподняла подол слишком просторного платья из толстого коричневого сукна.

— Спорим, здесь материи столько, что ее хватит, чтобы сшить одеяла для всей вашей больницы? Особенно если учитывать толщину и цвет! Так, значит, первым делом мы отправимся в швейную лавку!

— Барбара, вы ведете себя так, будто можете превратить меня в другую женщину! — заметила Джосс с досадой. Как будто она не знала, как безнадежна эта затея!

— Нет, дорогая. Вы добрая, отзывчивая, интеллигентная и сильная духом молодая женщина! И я никоим образом не собираюсь влиять на ваш характер! Ведь именно это делает вас с Алексом такой превосходной парой: ему нужна жена, которая способна поддержать его в трудную минуту. Все, чем я собираюсь заняться, — восполнить недостающую капельку внешнего лоска.

— Черного кобеля не отмоешь добела, — упрямо возразила Джосс, надевая очки.

— Но я всего лишь хочу помочь гадкому утенку превратиться в лебедя! Положитесь на меня!

На протяжении целой недели Алекс почти не виделся ни с женой, ни с матерью. Они вдруг стали неразлучными подругами и вели себя так, будто знали какую-то неведомую ему тайну. Они постоянно уединялись наверху, у Джосс в гостиной, и целыми днями пропадали в самых роскошных магазинах города. Алекс чувствовал нутром, что это неспроста. Но что за чертовщину они затевали?

Пока Алекс терялся в догадках, Барбара растратила, по мнению Джосс, целое состояние на то, чтобы до отказа набить нарядами просторный гардероб, доставшийся Джосс вместе с обстановкой ее комнат.

Попутно Барбара проводила скрытые опыты над ее волосами и кожей.

Каждый вечер они обедали или у Кэрузерзов, или где-то в городе, но Алекс не замечал никаких особенных изменений. Джосс оставалась такой же или почти такой же, как прежде. Женщины нарочно старались скрыть свои приготовления, пока из швейной лавки не доставят самые роскошные платья, необходимые для облика «новой Джосс», способной покорить сердце Алекса Блэкторна.

И вот наконец великий день наступил.

— Джоселин, ты напрасно так волнуешься. Это всего лишь скромный обед в узком кругу друзей у тебя дома. Будут только свои. Даже от Октавии мне удалось отделаться!

— А от Драмма — нет! — упрямилась Джосс.

— Похоже, вы не очень-то нравитесь друг другу?

— Они очень близки с Алексом, — вздохнула Джосс. — К тому же Драмм спас ему жизнь. Я, естественно, считаю себя обязанной этому человеку. И стараюсь быть к нему… терпимой.

Барбара недоверчиво хмыкнула, укладывая на голове Джосс высокую прическу из завитых локонов.

— Ну вот. Теперь ты выглядишь просто сногсшибательно, даже завидки берут.