Всадник был уже шагах в двадцати, когда над забором вдруг выросла фигура со спутанной рыжей шевелюрой. Он успел лишь вскрикнуть до того, как зазубренный наконечник пробил ему грудь.

Лошадь остановилась, косясь на выпавшего из седла хозяина, а венд, все еще держа в руке лук, подошел к еле стоящей принцессе.

— Да, выглядишь ты неважно. — Его взгляд прошелся по разорванному платью, здоровенному кровоподтеку на лице и ободранным локтям. — А ведь я всего лишь послал тебя за верблюдом.

Глава 29

Утро принесло Лаве подтверждение смутной догадки. Погоня продолжила преследование отряда, не заметив, что принцессы в их рядах уже нет. «Значит, колдуна вела не она, значит, он действительно идет по моему следу, — прошептал он, глядя с вершины очередного холма на вытянувшуюся цепочку всадников. — И значит, что ни запутать их, ни устроить засаду не удастся. Остается только выбрать место и принять открытый бой».

Не останавливая движения, он подозвал десятников.

— Как видите, оторваться не удастся. — Лава обвел взглядом хмурые лица. — Думаю, будет лучше дать им бой на наших условиях, чем ждать до последнего.

Вожди закивали соглашаясь, и только Джэбэ недовольно спросил:

— А где девка? Где рыжий? Он в таком деле был бы не лишний.

Вопрос был ожидаемый, и Лава, не отводя глаз, ответил:

— У нас было задание, и мы взялись его выполнить. Девчонка должна попасть к Варсанию, что бы ни случилось с нами.

Рот азарского князя вдруг растянулся в хищной усмешке:

— Значит, дела наши совсем плохи.

— Я не буду вам врать. Вы и сами все видите — вариантов у нас немного. — Говоря, Лава все время контролировал лица вождей. — Но шанс все-таки есть.

Все три его слушателя мгновенно встрепенулись. Они знали этого человека недолго, но им хватило, чтобы понять: если он говорит, что шанс есть, то это не простая болтовня — значит, действительно есть реальная возможность выжить.

Покачиваясь в седле, Лава дождался абсолютного внимания и продолжил:

— Среди сардов есть один в черном, видели?

Все кивнули.

— Так вот, он колдун. Он ведет их по нашим следам и находит им воду. Что бы мы ни делали, как бы ни прятались, он нас все равно найдет. Он их сила — но и самое слабое место. Без него они не продержатся в пустыне и пары дней. — В глазах венда блеснула хитрая искра. — Вывод напрашивается сам собой — надо всего лишь убить колдуна.

Оглянувшись, Турслан вычленил черную фигуру среди всадников и выдал то, что подумали все остальные:

— Убить колдуна — почти тоже самое, что убить их всех.

На минуту все замолчали, скрывая разочарование. Головы вновь опустились, и тишину нарушал лишь шорох копыт о песок. Лава не произносил больше ни слова, давая им самим додумать, что он хотел им сказать.

Затянувшуюся паузу первым прервал Джэбэ. Он сразу понял, о чем говорил венд, и все это время решал для себя лишь один вопрос — готов ли он сам рискнуть? Выбрав, степняк вскинул прищуренный взгляд:

— Кто пойдет?

Лава удовлетворенно кивнул.

— Сделаем так. Ближе к вечеру встанем на вершине холма. Укрепимся. Сарды подойдут, когда уже начнет темнеть. В темноте они не полезут, предпочтут дождаться рассвета, а ночью я проберусь в их лагерь и убью колдуна.

— Один⁈ — вырвалось у всех троих.

Лава вдруг улыбнулся.

— Это дело почти личное, и приказывать я не буду. Но если найдутся охотники, то лишними не будут.

* * *

Ночное небо над пустыней почти всегда чистое и звездное. Мертвая тишина и прозрачная плотная чернота.

«Не самое лучшее место для вылазки», — подумал Лава, осматривая тех, кто вызвался пойти с ним.