– А при чем здесь тогда могила?

– Чисто теоретически где-то тут – место захоронения вуртьястанцев. Всех, сколько их там было.

Мулагеш присвистывает:

– Это, небось, такая могила, которую ни с чем не спутаешь.

– Есть такая мысль, да. В поэме «О Великой Матери Вуртье на Клыках Мира» кладбище описывается как заполняющее собой всю середину мира. Может, так оно и есть. Поэты всегда преувеличивают, как я по опыту знаю. Но представьте себе – обнаружить могилу времен чтящей смерть культуры! Я думаю, это будет серьезным открытием для тех, кто интересуется историей Континента.

– Но… но почему Чудри-то ее искала? – удивляется Мулагеш. – Какое отношение могила имеет… ну, ко всему этому?

– Кто знает? Она, похоже, сошла с ума. Это прямое доказательство ее безумия, – и Сигню показывает на папку с рисунками.

– А отчего она сошла с ума?

Сигню выдыхает сигаретный дым через нос.

– Это место… думаю, оно как-то влияет на тех, кто слаб разумом. Люди здесь меняются. Из Мирграда правили миром, но именно Вуртья поспособствовала установлению мирового господства. Если бы не адепты Вуртьи, Божественная империя просто развалилась бы. И хотя от Вуртьястана мало что осталось, я думаю… я думаю, что камни и холмы его помнят.

Возможно, так все и есть, думает Мулагеш, однако Чудри явно не относилась к числу людей с неустойчивой психикой. Она не раз сталкивалась с агентами министерства, и это были железные, крепче гробового гвоздя люди. Правда, они удачно маскировались среди окружающих… Но что точно – они проходили спецподготовку, умели пытать и допрашивать. А судя по досье Чудри, она была прямее стрелы. Такого солдата захотел бы иметь под своим командованием любой офицер.

Но какая связь у могилы с изначальной миссией Чудри – тинадескитом?

Впрочем, очевидно какая: металл добывают из-под земли, могилы тоже находятся под землей… А что, если захоронение как-то повлияло на тинадескит? Или даже вовсе вызвало его к жизни? И хотя это очевидный ответ, все равно непонятно: как копать шахту и не заметить, что роешься в древней могиле? И кто не заметил? Сайпурская армия, которая делает стойку на любой знак присутствия божественного – и делает, надо сказать, не зря.

И все-таки… чем эта могила сумела заинтересовать Чудри? Ну да, она могла быть божественного происхождения, но разве все чудесные свойства не утратились разом, когда Вуртья получила пулю в лицо во время Ночи Красных Песков? Нет, в прежние времена она могла чем-нибудь удивить, но сейчас-то могила – просто демонова дырка в земле?

– Неужели один агент стоит стольких усилий?

– В смысле?

– В смысле она просто одна из агентов. У министерства их сотни, если не тысячи. И что, она стоит того, чтобы вызвать сюда генерала на ее поиски?

Мулагеш захлопывает папку.

– Мы искали служителей, и она согласилась. Мы попросили ее поехать на край света, и она согласилась. Мы попросили ее рискнуть жизнью ради нас – и она согласилась. Мне плевать, сколько агентов у министерства. Она того стоит.

Сигню удивленно поднимает брови. Можно подумать, она не знала, какой это болезненный вопрос.

– Бисвал сказал, что в вас стрелял снайпер из местных, – произносит Мулагеш.