Рудокопы подошли примерно через час. Конан ждал их у дороги.

– Форт расположен немного дальше, впереди, – сказал он им. – Заложники внутри. Я видел их сверху. Охраняет их сброд из банды Лисипа, но, кроме того, я заметил одного из людей Ермака. Возможно, есть и другие. У меня есть пропуск от Лисипа, так что я смогу пройти внутрь. – И он показал свинцовую печать, которую дал ему старый разбойник.

– Как только я войду, – продолжал киммериец, – вы должны немедленно атаковать. Изнутри ворота открыть нельзя. Охранникам придется выйти и отпереть их снаружи. Так что вам надо будет поторопиться.

Про себя Конан подумал мрачно, что, сколь бы сильны и решительны эти люди ни были, бегуны из них плохие.

– Ты, главное, ворота открой, – сказал Беллас, – а после этого мы уж доделаем все остальное.

– Не обольщайся, – остерег его Конан. – Я не знаю, сколько там бойцов Ермака.

– Сколько бы ни было, они умрут вместе с остальными, – сказал Беллас.

– Умрут-то они умрут, только унесут с собой много ваших жизней, – проворчал Конан. – Не пытайтесь сражаться с ними один на один. Как только увидите одного из парней Ермака, атакуйте его сразу вдвоем или втроем. Двигайтесь как можно быстрее, нападайте со всех сторон. И главное, когда завяжется схватка, не мешайте друг другу, не толкайтесь.

Рудокопы с серьезным видом кивали. Конану оставалось надеяться, что они не забудут его наставлений в пылу битвы.

– Ну я пошел, – сказал он им. – Будьте готовы бежать к воротам, как только увидите, что они откроются.

Конан отвязал коня, вскочил на него и пустил легкой рысью. На боку у киммерийца покачивался меч в ножнах. Седло под тяжестью Конана поскрипывало. Ярко светило полуденное солнце. Пели пташки. Все вокруг навевало покой. Но тем не менее киммериец был готов нанести внезапный яростный удар. Он – воин, и битва – его стихия. А то, что грядущее сражение предстоит трудным, лишь добавляло в кровь огня.

Возле ворот Конан остановил коня. Сверху, с башни, свесилась чья-то растрепанная башка.

– Кто ты такой и что тебе здесь нужно?

– Меня прислал Лисип, – крикнул Конан, высоко поднимая над головой свинцовый ярлык.

Человек на башне прищурил свои налитые кровью глаза:

– Давай-ка, бросай сюда эту штуку.

Киммериец кинул ему свинцовый ярлык. Бандит поймал его на лету и еще больше прищурился, разглядывая.

– Вроде и вправду знак Лисипа, – наконец произнес он. – Ладно, въезжай. Ворота открывай сам. Делать мне нечего – взад-вперед таскаться, открывать тут всяким.

Конан слез с коня и начал открывать ворота, делая вид, что он слабее, чем есть на самом деле.

– Странный какой у вас форт. Отчего он у вас запирается снаружи? – спросил Конан.

– А это не форт, – ответил человек с башни. – Это загон для рабов. У нас тоже эта дурацкая конструкция в печенках сидит. Когда нам нужно выйти, одному или двоим из нас приходится спускаться вниз по приставной лестнице и открывать ворота.

– Что тут происходит? – Какой-то бородач в стальной каске перевесился через стену. – Кто этот человек? И кто разрешил ему открывать ворота?

Первый охранник показал ему печать.

– Лисип послал его сюда. Это его пропуск. Я знаю печать моего хозяина.

Пока бородатый изучал печать, Конан тем временем вытащил засов.