— Благодарю. Я вам должна.

— Не думаю, — печально отозвался Арас.

— Я что-то еще пропустила?

— Нет. — Он подтолкнул в ее сторону корзинку с грубыми хлебцами. — И попытайтесь пока не возвращаться в ваш лагерь. Обещайте мне, что на какое-то время останетесь здесь. Иначе мне придется вас запереть.

— Но ведь у них тут, в Константине, нет замков, — возразила она, успокоенная тем, что он заботится о ней. Так по крайней мере она думала. Однако для нее это оказалось внове. До этого никто еще не заботился о ней. — К тому же я хочу увидеть Лин. Как там у нее с ребенком?

— Здесь трудная окружающая среда для человеческого отпрыска, — пояснил Арас. — Из-за этого первые поколения колонистов потеряли много детей. Но люди быстро приспосабливаются.

Она отлично знала, что Арас не черствый сухарь. Он просто слишком долго прожил на свете и отлично видел перспективу. Шан удивилась: что хуже — его слова и отношение к ребенку или ее спокойное ожидание? Ведь она ничего не сделала, равнодушно ожидая, когда же та разродится.

Но это только эмоции. Она еще долго обдумывала это, одновременно удивляясь собственному аппетиту.

«Ты слишком сильно беспокоишься», — сказала сама себе Линдсей. Дебора Гаррод знала о рождении детей больше, чем Крис Хагель. И ее квалификация ту ни при чем. «Позвольте ей самой справиться с этим». Однако ей очень трудно было сконцентрироваться на дипломатическом кризисе, когда ее тело сообщало ей о том, что на самом деле в данный момент должно иметь приоритет. Как только она закончит с Беннеттом, то стремглав понесется в Константин, чтобы хоть чуть-чуть посидеть с Дэвидом.

— Хорошо, давай все по порядку, — в который раз сказала она сама себе.

Она переписывала рапорт о случившемся четыре раза, но он все равно казался ей слишком бестолковым. Единственное безапелляционное свидетельство происшедшего — труп Гальвин, находящийся сейчас в одном из холодильников с пятью стандартными пулями ФЕС в груди. По меньшей мере хоть какая-то компания Парек. Мертвых исенджи прибрал себе скальный бархат, который отреагировал на случившееся гораздо быстрее, что она могла себе вообразить.

— Кто выстрелил первым?

Беннетт задумчиво уставился в потолок.

— Утверждаю, это сделали исенджи. Но это только потому, что они оказались более быстрыми, чем Арас. Одна из пуль исенджи задела Франкленд. Она упала, и мы открыли ответный огонь. Куруши метнула гранату в их транспорт, а я нейтрализовал оставшихся исенджи. Один из противников оказался сзади. Он выстрелил и попал в голову Франкленд. Я изменил позицию и нейтрализовал снайпера. Гальвин…

— Гальвин — глупая корова, поставившая под угрозу вашу безопасность. Не ругай себя за то, что случилось. Она и Райат — вот те, кого мы должны стыдиться.

— А не слишком ли резко, мэм?

— Я сыта по горло уже только тем, что из-за того, что эти ученые нарушили элементарный запрет, мои люди оказались на линии огня. Теперь ведь ничего не вернуть.

— А как там Франкленд? Линдсей пожала плечами.

— Джош сказал, что она в сознании и может передвигаться. Но они хотят какое-то время понаблюдать за ней.

— Настоящее чудо.

— Не поняла?

— Да у нее в черепе была дыра, в которую я мог просунуть три пальца. Я не представляю, как она могла выжить без вмешательства нейрохирургии. Да и в этом случае…

— Может, у вес'хар лучше хирургические технологии. Наверное, все дело в этом. Уверена, тут без них не обошлось.

Беннетт казался скорее удивленным, чем подозрительным.