— Есть магника! Вот везуха.

— Открой багажник, я сзади пошурую.

Через минуту он сообщил: — Домкрат есть и сума с инструментами.

— Нештяк! Живём! Айда к Рашиду, загоним всё.

Через пару минут оба вора, очень довольные собой, торопливо удалились в сторону окраины.

А еще через десять минут со стороны дома вспыхнул свет, послышались голоса. Хозяин проводил гостей до калитке, хотел, было, уже закрыть ее, когда от машины донесся жуткие мат.

— Рыдя, ты что, падла, сигнализацию на нее не мог поставить?!

— Нечай, да когда ставить, сегодня только тачку пригнали, — оправдывался тот. — Сам сказал, возьми машину попроще, чтоб в глаза не бросалась.

К ним подошел хозяин дома, с усмешкой спросил: — Что, вскрыли вашу тачку? Может, милицию вызвать?

— Не гоня пургу, майор! — зло ответил Нечай. — Ваши могут только хрен в ширинке найти, да и то если по трезвянке. Сам разберусь.

— Ну, как хочешь. А то сделаем по полной программе, с пальчиками и оперативными мероприятиями.

— Иди ты на хрен! Я и без твоих «пальчиков» найду этих сук.

Нечай свою угрозу выполнил. Уже к полудню следующего дня Сом и Максик сидели в гараже Рыди, прикованные к деревянной стойке стеллажа общими наручниками, и выплевывали изо рта остатки и без того редких зубов. Сначала над бедолагами хорошо поработал сам Нечай, потом уже отвел душу Рыдя.

— Но Рыдя, братан, мы же не знали, что это твоя тачка! — преданно глядя на сивого истязателя единственным открытым глазом, уверял Сом.

— Рыдя, мы же с тобой вместе на крытой были, в восемьдесят девятом, помнишь? Я же никогда у своих не крысятничал, — бил себя свободным кулаком в чахоточную грудь Максик. — Я же не знал, что ты себе новую тачку купил.

— Пошел ты нахрен, пидор! — Зло шипел Рыдя. — Я эту тачку только пригнали, а ты ей уже замок покорежил, скотина.

Так что, не взирая на все уговоры, Рыдя их не отпустил, а, плюнув на пол, вышел из гаража, и запер калитку.

— Мандец нам, Максик, оденут скоро нам деревянный бушлат, и спустят под воду, в обнимку с кочергой, — понял Сом.

— Ты чё, чё мелешь то? — Максик в отличие от друга не отличался большой сообразительностью. — За что нас в расход списывать? За магнитолу что ли?

— А, хоть и за неё. За ними это не заржавеет. Они сколько нашей братвы в речку спустили. Ещё ни один не всплыл. Для них это как два пальца об асфальт.

Максик нервно огляделся по сторонам, потом посмотрел на наручники. Рыдя их прицепил за деревянную стойку мощного стеллажа, на который сваливал самый разный хлам. Умирать как-то не хотелось, и он попытался свалить стеллаж на себя.

— Ты че, охренел?! — завопил более умный Сомик. — Он же если свалиться, и пришибёт нас, как двух тараканов.

— А чё делать то? Подыхать, что ли тут?!

Сомик так же осмотрел всю конструкцию, подергал стойку, отчего в руку Максика врезалось железо наручников, и друг послал его к одной известной матери.

Убедившись, что так им свободы не обрести, Сом начал шурудить на ощупь по полкам стеллажа.

— Посмотри там, может кусачки будут, или ножовка по железу, — посоветовал он Максику.

Ножовку Максик нашел, но не по железу, а по дереву. После короткого раздумья его "мозговой цент" согласно кивнул головой.

— Ну и хрен с ним, нельзя перепилить наручники, так пили деревяшку.

Спустя десять минут интенсивного труда они были на свободе. Свобода, правда, была ограничена длинной связывающих их наручников.

— Давай поищем ножовку или зубило, — предложил Сомик. Но Максик был трусоват, он не хотел задерживаться в этом помещении даже лишнюю минуту.