Ее почти напугало то, что в машине сидели трое. И эти трое, судя по всему, о чем-то жарко спорили.

Клавдия осторожно подобралась сзади и присмотрелась: в «Москвиче» был ее муж Федор (фу! отлегло), Ленка (это еще что такое?!) и… Игорь Порогин (мамочка родная!).

— ..А я говорю — она поедет домой! — сдерживая свою пролетарскую ярость, рычал Федор.

— Вот увидите! Вот сами увидите! — язвительно отвечал Игорь.

Ленка в беседе участия не принимала, но была, судя по всему, на стороне отца.

— Вы что здесь делаете?! — распахнула дверцу Клавдия. — А ты почему не в постели? Игорь, ты-то что? Федь, что за дела?

Ответить сразу на все вопросы, видно, не представлялось возможным, поэтому троица уставилась на Клавдию безмолвно и очарованно. Клавдия решила спрашивать по порядку:

— Что случилось, Федор? С Максом что-нибудь?

— Да нет! Ты что?! — замахал руками муж. — Просто по телевизору передали, что тут какая-то катавасия, а потом вот твой напарник позвонил… Мы и решили… У тебя как, все в порядке?

— У меня все нормально, если не считать… — Но Клавдия не стала распространяться о случившемся в Бутырках даже перед родными.

— Я знал, что вы поехали к Журавлевой, — заговорил теперь Игорь, — вот и заволновался.

— Ma, а здорово там грохнуло? — наконец вставила и Ленка.

— А ты почему не спишь? — вопросом на вопрос ответила Клавдия.

— А я тоже волновалась. Ты мне мать или не мать? — хитро спросила дочь.

— Ну все, садись, поехали домой, — Федор завел мотор.

— Клавдия Васильевна, а я адрес узнал, на который отправляли шифровки, — по-детски похвалился Игорь.

— Я сказал — мы едем домой! — уже не сдержал свою пролетарскую ярость Федор.

— Это здесь рядом, на Лесной, — подлил масла в огонь напарник.

— А я сказал — домой!!

— Вот вы кричите, а Клавдия Васильевна еще не сказала ничего. Может быть, мы ей позволим решать? — вкрадчиво произнес Игорь.

— Слушай, если ты будешь влезать в мою семейную жизнь!.. — обернулся к Игорю Федор.

— Если у вас  т а к а я  семейная жизнь, то… — многозначительно улыбнулся Игорь.

— Какая «такая»?! — аж зашелся муж.

— Ma, они так всю дорогу цапаются, — сказала Ленка. — Как дети.

— Помолчи! — гаркнул на дочь Федор. — И ты против отца?!

— Да кому ты нужен? — неосторожно заметила дочь.

— Ах так? Ах, значит, вот так? Ах так, значит? — однообразно заговорил Федор. — Ах, значит, так вот, значит?..

— Да, так!

— Ох, Федор Иванович, Федор Иванович…

— Всем молчать, — тихо, но внятно произнесла Клавдия.

И все действительно замолчали.

— Значит, так. Игорек, никогда больше не смейте обсуждать мою семейную жизнь. Может быть, для кого-то это прозвучит странно — я в семье счастлива. Я люблю Федора Ивановича. Он мой муж и глава семьи.

— Извините, — буркнул Игорь, — но я не хотел…

— Ленка, я тебя очень прошу, извинись перед папой. Папа нервничает, волнуется не меньше тебя. В таком состоянии люди действительно становятся похожими на детей. И это, в общем, хорошо.

— Ладно, прости, — проныла Ленка.