— Федя, ты хочешь, чтобы я спокойно спала сегодняшнюю ночь?

— Хочу, — насупился Федор.

— В таком случае прости Игоря за его невольную бестактность и извинись перед ним за свою грубость…

— Но я!..

— Игорь очень хороший розыскник и отличный парень. Ты зря его обидел.

— Но он…

— Значит, ты не хочешь, чтобы я спокойно спала?

— А чего я такого сказал?..

— Федя, просто извинись, а я тебе как-нибудь все объясню, — тихо сказала Клавдия.

— Ладно, розыскник, не дуйся, виноват, держи кардан в знак мира, — широко улыбнулся Федор.

— Ну вот, — сказала Клавдия, оглядев всех с радушной улыбкой, — А теперь едем домой…

— А? Что я говорил?!

— Но по дороге заглянем на Лесную, — закончила свою мысль Клавдия.

23.49–00.37

— А ты мне больше мацы не привез? — Левинсон сидел в кресле и старался сдержать смех.

— Сала тебе свиного, а не мацы! — рявкнул Чубаристов, расхаживая по кабинету. — Ты небось стукнул опять. Это же надо, второй раз! Это уже не смешно, это позор какой-то. Они теперь над нами года три хохотать будут.

— Да ладно тебе, не кипеши. — Евгений Борисович махнул рукой. — Расскажи лучше, как все было.

Чубаристов плюхнулся за стол и схватил трубку зазвонившего телефона.

— Алло. Чубаристов… Нет, вы не туда попали. — Бросил трубку и зло огляделся по сторонам, как будто ища, на ком бы сорвать злость. — Как все было? — как в прошлый раз. Прямо с трапа под микитки — и в полицию. Я даже вякнуть не успел. — Чубаристов волком глянул на Левинсона. — Ты только пикни — я тебя на куски разорву.

— Молчу, Витенька, молчу. — Левинсон был почему-то горд за соплеменников, что они уже второй раз умыли российские правоохранительные органы. Пустячок, а приятно.

— Притащили меня туда и говорят: «Мы же предупреждали вас, господин Чубаристов, что вести какие-либо следственные действия на территории Израиля разрешено только израильским следственным органам». Я им говорю, что никакого следствия вести не собираюсь, что я прилетел просто арестовать этого Гольфмана и отвезти в Россию, что мы запрос послали. А они мне: «Да, мы получили ваш запрос, но это еще ничего не значит. Почему ваше начальство отправило вас, не дождавшись разрешения?» А я откуда знаю, почему мое тупоголовое начальство отправило меня, даже не дождавшись разрешения? Стою как идиот и ничего сказать не могу. Слава Богу, консул наш сразу же прискакал, вступился за меня, а то уже в кутузку сунуть собирались.

Снова зазвонил телефон.

— Алло. Чубаристов… Нет, вы не туда попали. Перезвоните.

— Так нам теперь что, этого Гольфмана не взять?

— Нет. — Чубаристов положил трубку. — Пока он не окажется в стране, с которой у нас есть договор о выдаче преступников. А до тех пор…

— Слушай, а новую фишку слышал? — Левинсон хлопнул себя ладонью по лбу.

— Какую?

— Да про нового Ли Харви Освальда. У вас там не передавали по телевизору?

— Нет… — Чубаристов рассеянно улыбнулся. — Не успели еще.

— Что ж они так неоперативно сработали?

— Так что это за Освальд?

— Да пришел в милицию какой-то бомж и говорит, что он является настоящим убийцей Кеннеди, представляешь?

— Ну и что? — Виктор Сергеевич пожал плечами и покосился на телефон.