— Тогда мы должны это наверстать, дорогая Кэрол, — сказал он и подмигнул ей. — Зайдите ко мне как-нибудь разочек в гости! Но сегодня для такого старого человека, как я, уже слишком поздно, а у меня впереди еще долгий путь домой.

— Где же вы живете? — осведомилась Кэрол.

Старик таинственно улыбнулся.

— Мой дом — под мостами Парижа. Где-нибудь там вы меня и найдете. Спокойной ночи.

Он галантно поцеловал руку сначала Кэрол, а потом Беттине и исчез среди гостей.

— Интересный тип, — заметила Беттина. — Я бы с удовольствием с ним еще побеседовала.

— Да, ты права. — Кэрол задумчиво посмотрела ему вслед, когда он шел к выходу. — Но в чем-то он для меня загадка, — прошептала она.

Немного позже с ней попрощались также Беттина и Петер. Она от всей души их обняла.

— Всего хорошего вам обоим, — сказала она с печальной улыбкой. — И напиши мне, Беттина, хорошо? У тебя ведь есть мой адрес. Я позвоню тебе еще раз в пансион мадам Крозье до того, как ты уедешь.

После того как они ушли, Кэрол почувствовала себя ужасно одинокой и покинутой. Больше всего теперь ей тоже хотелось бы уйти, но по Марселю нельзя было сказать, что он торопится домой. Он по-прежнему был в центре внимания, его окружала масса людей, и он флиртовал со всеми девушками. Кроме того, он, казалось, сильно напился.

Кэрол уже установила контакт с гостями, но, тем не менее, не могла по-настоящему побеседовать с ними. Дело заключалось не только в языковых трудностях, но также и в том, что эти шумные, поверхностные люди просто были ей не по вкусу. Мир, в котором жил Марсель, совершенно ее не привлекал.

Вдруг все засобирались. Кэрол не могла понять, что случилось.

— Мы закроем галерею и продолжим праздновать в нашей квартире наверху, — объявила Моник, жена владельца галереи. Она была столь же трезва, как и все остальные. — Будь умницей и помоги отнести наверх пару бутылок вина из буфета. Конечно, полных, — добавила она с глупой улыбкой.

Нахмурившись, Кэрол проложила себе дорогу к Марселю. У нее не было ни малейшего желания продолжать эту, уже выходящую за рамки приличия вечеринку в какой-то квартире. Она сказала это Марселю, но он только засмеялся и поцелуем заставил ее замолчать.

— Не будь занудой, дорогая. Если наверху все продолжат празднование, то я, как главное лицо, не могу отсутствовать. — Он шлепнул ее по попе. — Ну, идем же. Наверняка еще будет по-настоящему весело.

Он пошел за другими через заднюю дверь на лестницу. Кэрол вздохнула. Еще час назад Марсель хотел окончания этой суматохи, чтобы остаться с ней, но казалось, что теперь он совсем забыл об этом. Кроме того, она прекрасно понимала, что вся эта суматоха не повлечет за собой ничего важного.

Она быстро схватила бутылку белого вина и поднос с закусками и пошла с последними задержавшимися гостями наверх.

В квартире Моник и Пьера, несмотря на поздний час, дым стоял коромыслом. Из стерео-установки гремела музыка, под которую лихо танцевали. На Марселя все время наседали женщины, но изредка он танцевал и с Кэрол.

— Здесь очень мило, — пробормотал он ей в самое ухо, когда она танцевала с ним медленный танец. Он прижал ее стройное гибкое тело к себе и поцеловал в шею.

Кэрол тесно прижалась к нему. Впервые за весь вечер она могла быть так близко к Марселю и наслаждалась тем, что находилась в его объятиях. Но, подняв голову и посмотрев в любимое лицо, она заметила, что он вовсю снова флиртует с другими женщинами. Это подействовало на нее как холодный душ, хотя она уже и привыкла к подобным выходкам Марселя. Она уже и сама хотела бы положить конец их отношениям, чтобы больше не страдать.